Эдуард Лимонов - 316, пункт «B»

Просидев более получаса за столом и так и не прикоснувшись к еде, Лукьянов наконец услышал свой номер. Пройдя к двери, номер 611 обнаружил, что это не дверь, а дыра в стене, открывающая коридор, в нем плыла в неизвестность резиновая дорожка. Лукьянов встал на нее и поехал.

Ехать пришлось долго. В пути почти все попутчики Лукьянова присели, прилегли и некоторые даже упали внезапно. Стоящими остались лишь несколько фигур. Вначале Лукьянов было подумал, что объевшимся старикам просто-напросто тяжело стоять на ногах, но, приблизившись к ближайшему свалившемуся старику и заглянув ему в лицо, понял, что тот мертв. Белая пена засыхала на его губах. Глаза остекленели. Стариков просто банально отравили, как крыс, ядом. Оставалось узнать, какая смерть приготовлена для тех немногих, кто не прикасался к еде.

— Дорога смерти заканчивается через полсотни метров. Не обедавших просим сойти с дорожки на поперечную, вы увидите ее слева. Эта дорожка красного цвета, — объявил равнодушный голос. — Повторяю, не обедавших просим сойти на поперечную дорожку красного цвета. В противном случае вы упадете в бездну, которой заканчивается дорога смерти.

Лукьянов послушно спрыгнул на красную поперечную дорожку, она находилась ниже черной. Номеру 611 не хотелось свалиться в бездну вместе с отравленными, как крысы, стариками. Ясно, что не жравшим ядовитой пищи номерам заготовлена своя смерть, но оттого, что он избежал обшей кончины — судьбы отравленной крысы, валяющейся вспухшим брюхом кверху, посиневшие зубы сведены в смертельном оскале, ему стало спокойнее. Он не верил в благополучный исход своего путешествия по резиновым коридорам дома смерти, но одну смерть он уже миновал.

Оглянувшись, он увидел проплывающие в створе красного коридора по черной дорожке туши стариков. Гнилое мясо куда-то сваливалось, может быть, в кузов грузовика. Может быть, в чан с серной кислотой, может быть, прямиком в бездонную могилу.

О том, что Отдел уничтожения Департмента Демографии арестовал Лукьянова, лейтенант Тэйлор узнал на похоронах Президента. И вынужден был тотчас доложить об этом Дженкинсу. Поскольку Лукьянов проходил по делу О'Руркэ, а банда О'Руркэ, так предполагалось, совершила политическое преступление, расследованием которого занимался сам Дженкинс. Тэйлор лишь утаил от своего босса то обстоятельство, что Лукьянов был арестован по его, Тэйлора, адресу. Дженкинс выслушал лейтенанта и приказал немедленно звонить в «приемник».

В течение получаса Тэйлор из спецавтомобиля Департмента пытался контактировать с «приемником». Однако связь по видеотелефону всякий раз срывалась: в красном мареве на экране порою появлялась физиономия шефа «приемника», полковника Вилкинсона, но, помелькав, изображение исчезало. Потому Тэйлор в конце концов отправился в «приемник», взяв с собой троих солдат. За себя он пока не опасался. Лукьянов был выслежен и задержан в ходе рутинной операции, не относящейся к банде О'Руркэ. Его банально заложили соседи из дома напротив, решившие, что в отсутствие жильца в дом забрался вор. Они увидели мерцание телеконсоли. Если бы Лукьянов не воспользовался телеконсолью, этого бы не случилось.

Бронированный автомобиль помчался в боро Бруклина, где помещался «приемник». Тэйлор, впрочем, был уверен, что старый Лук уже не топчет эту землю. «Приемник» работал споро и без эмоций, ежедневно поставляя своим клиентам сотни отравленных блюд. Тех, кто выживал, правда, использовали еще некоторое время на грязной работе, на отгрузке тел. Но выживали немногие, и использовали их недолго. В «приемнике» было всего двенадцать коек для «персонала», как их называли. Когда появлялся тринадцатый, долгожителя-ветерана, прибывшего первым, «увольняли», то есть кормили пищей все той же «столовой самообслуживания». И его товарищи отгружали тело тем же путем. В «приемнике» потому никогда не насчитывалось больше двенадцати «персоналов».

— Вы должны признать, что холодная справедливость закона торжествует и здесь. — Старик, называвший себя Фукс Нокс, вместе с Лукьяновым стоял на груде тел в тяжелом траке, напоминавшем мусороуборочный. В перчатках, они занимались тем, что натягивали на верхний край трака брезент. — Разве вы не живы еще именно потому, что вы достойно отказались от пищи в последний момент жизни, а не набросились на нее, подобно крысе или таракану, как это сделали все эти вонючки? — Фукс Нокс топнул ногой по телу, на котором стоял, и едва не упал.