Александр Гущин - Империя зла

– Мацаев! – голосил репродуктор.

– Мацаева еврей измыслил, – продолжал бормотать Александр. Он хотел вначале написать Спиртов, спирт ведь пили, виски я брату везу, но очень уж редкая фамилия – Спиртов.

– Хохлов!

Друзья переглянулись.

– Национальности начались, – зевнул еврей. Щас мою вспомнят. О зохен вей!

– Евреинов!

– Русских!

– Взлетов!

Хохол закрыл глаза и пробурчал,

– последняя фамилия на взлет! Пронеси нас господи!

Диспетчер аэропорта метался по аэропорту и аэродрому. Недостающих пассажиров Воблина, Акулова, Мацаева, Хохлова, Евреинова, Русских и

Взлетова нигде не было.

Отчаянно ругаясь, он, погрозив комбинаторам кулаком, дал летчику команду взлетать.

– Х… вам! – радостно вскричали представители хомо сапиенс, находящиеся в утробе Ан-2 и, чтобы не замерзнуть, стали разливать в стаканы горячительный напиток.

От посёлка Торго до геологоразведочной экспедиции, где работал брат моряка, было еще 40 верст с гаком.

Добрался до места рогатый путешественник по таежному зимнику на попутных машинах, причем в дороге его тестировали на честность.

Водитель попутки останавливался заправить машину у огромной одинокой емкости с бензином, которая с противоположной от дороги стороны была пробита, и оттуда хлестал бензин, омывая кедровый стланик. Горе моряк, показал сей вопиющий феномен социалистической экономики водителю, но тот только махнул рукой.

– Не наше дело, – отвечал он. – Может быть, начальник Гуков, таким образом, показывает Москве большой расход бензина, который нужен для Чаро-Токкинской геолого-разведывательной экспедиции.

– Значить так надо, – добавил шоферюга, садясь в машину.

Дорога до места обошлась путешественнику в две бутылки ленинградской водки.

Геологоразведчики жили в чудно устроенных бараках. Брат обрадовался приезду родственника и организовал баньку. Пихтовые веники были ароматны и пушисты. Никогда Александр так еще не парился. В бане он сжег уши от неимоверной жары наверху и обморозил ноги, так как пол баньки был покрыт льдом. На улице была ночь, трещал мороз в пятьдесят шесть градусов. Звезды на небе шептали что-то по-якутски ледяным шепотом. Пока рогатый мореход бежал от бани до барака, он услышал шум мороза. Этот шум можно услышать только в якутской части Советского союза.

Неделю гостил Ленинградский пришелец в якутской тайге, охотясь на глухаря и белую куропатку. Он даже нашел в распадках тайги законсервированные урановые шахты, шахты для добычи урановой руды, о которых говорил ему дед Лапа и набрал земли из отвалов для деда. Из ближайшей речушки, из подо льда, философ набрал воды в пузырёк из-под парфюма. Образчики проб земли путешественник поместил в свинцовые пули двенадцатого калибра. Пули были с внутренней одноразовой резьбой, отвинчивались, показывая пустотелую емкость.

– Интересно, зачем это деду Лапе якутская вода и земля понадобилась, – размышлял ленинградский охотник, тропя якутскую голубую белку по снегу.

Обратную дорогу до города Тольятти путешественник одолел при помощи вертолета, нескольких самолетов, автобуса и троллейбуса. В

Тольятти Гущин гостил у приятеля Валентина Мартынова и завел амуры с одноклассницей Ольгой Скондаковой, которая была влюблена в нашего оренбургского философа ещё со школы.

В Тоцком районе Оренбургской области философ передал деду якутскую воду и оренбургские пули, и пересказал свои приключения.

Дед записал еще несколько фамилий.

– Трясёт Империю зла, – рассказывал в ответ дед Лапа очередную неблагополучную для Советского союза историю. – Капитан третьего ранга Саблин Валерий Михайлович захватил Большой противолодочный корабль "Сторожевой". Вывел корабль в море, его перехватили. Но летчик, капитан Виктор Беленко угнал-таки новенький перехватчик

МиГ-25. Тёмная история. Разведчики сами умышленно уничтожают свою супердержаву.

– Конечно здесь происки Главного разведывательного управления, которые накатками на человеческий мозг определённой информации, тренируются в боевой обстановке угонять боевые корабли и самолёты.

Пока только свои. Йонас Плешкис, офицер ВМФ СССР, тоже по наводке психофизиков из ГРУ действовал? – с сарказмом, издеваясь над дедом, смеялся якутский турист.

– Йонас Плешкис предал СССР, это мне понятно. Но с Валерием

Саблиным не всё ясно. Знаю, что руководитель такой операции, если она имела место, этот руководитель подчиняется непосредственно