Роберт Крайтон - Камероны

– Когда в Сент-Эндрюсе будет достаточное количество угольщиков, Файф найдет какой-нибудь предлог и велит Брозкоку открыть шахты, и люди пойдут в них работать, Гиллон, потому что женщины и дети заставят их пойти. И ничто не изменится.

– Но суд-то. Ты забываешь, что у нас дело в суде. И к тому времени мы выиграем его – лорд Файф никогда в жизни не сможет выкрутиться.

– Ты этому веришь? – опросила Мэгги. Она печально и в то же время чуть лине с нежностью покачала головой. – Сколько еще Гиллонов Камеронов можно, по-твоему, найти в Питманго?

Он отошел от окна.

– Что же мне теперь-то делать?

– О, господи, Гиллон, да шевелись же ты, милый. Пошли кого-нибудь сегодня вечером на Горную пустошь, пусть посчитает, сколько в гавани судов, чтобы ты хоть знал, на каком ты свете.

И он снова почувствовал себя. круглым дураком.

Вечером пошел дождь и на пустоши было не по-летнему холодно, бушевал ветер.

– Не сможет он подсчитать их в такое ненастье, – сказал Гиллон.

– Тогда пусть спустится вниз и пересчитает их в гавани. О господи, Гиллон, детишки ночи напролет плачут – есть хотят, а ты боишься, что взрослый малый может немножко промокнуть на пустоши!

Он знал: это кажущееся великодушие было на самом деле лишь проявлением слабости. Джемми лежал, свернувшись у догоравшего огня.

– Не хочу я идти туда, папа, – сказал Джем.

– Это еще почему? – Он был очень суров. Мэгги права. И так уже слишком много было проявлено мягкосердечия, прямо какое-то размягчение мозгов. Карнавал, праздник солнца кончился.

– Я не очень хорошо себя чувствую.

– Значит, не очень хорошо себя чувствуешь? А как, ты думаешь, чувствуют себя сейчас питманговские дети? Ты знаешь, что вчера позади Монкриффской аллеи в глиняном карьере нашли мальчика, который ел глину – целыми пригоршнями?

Джемми признался, что не знал этого.

– Мальчишка сказал, что он уже целую неделю ест ее – просто чтобы чем-то набить себе живот. /Ну-ка, садись.

Джемми сел.

– По-моему, ты выглядишь вполне здоровым.

– Может, оно и так, папа, но чувствую я себя неважно.

Тут в кухню вернулась мать, подошла к Джему и приложила руку сначала к его щеке, потом ко лбу.

– Все у тебя в порядке. Пойди посмотри на себя в зеркало.

Джем встал и, шаркая ногами, потащился через комнату.

– А теперь ответь мне на такой вопрос, – сказала мать. – Если бы сегодня в Кауденбите был матч, матч на звание чемпиона, и ты мог пойти, ты бы пошел? Смотри, смотри в зеркало. И отвечай начистоту.

Джемми наконец улыбнулся своему отражению.

– Да уж, – оказал он, – я бы попытался.

– В таком случае…

– Ну, ладно, ладно.

Он пересек комнату, натянул свою шахтерскую куртку и пошел наверх за шапкой, хотя носил ее обычно только на работе. Когда он предстал перед Гиллоном, тот заметил, что щеки у сына ввалились и дышит он с трудом.

– И все-таки неважно я себя чувствую, – сказал он, уже стоя в дверях. – Спокойной ночи.

Гиллон почувствовал, как по комнате прошел холод, когда открылась дверь.

– Может, не следовало ему…

– А может, следовало, – прервала его Мэгги. – Если он в самом деле больной, так вернется.

– Очень он упрямый. Весь в тебя.

– Ох!

– Если он за что возьмется, то не остановится.

– Нет, вы только посмотрите – кто бы говорил-то!

– Это же правда. Он твой сын, Мэг. Вас и разъединяет как раз то, что слишком вы похожи друг на друга. Он – Драм до глубины души.

– Душа, душа… Что это ты все на душу ссылаешься, когда не веришь ни в бога, ни в душу?

Они ели овсяные галеты и, чтобы наполнить желудок, запивали горячей водой, когда Уолтер Боун постучал в дверь.

– Я хочу, чтобы вы узнали об этом от меня, прежде чем вам кто другой сообщит, – сказал он. – Джин Уоллес умерла сегодня в своем доме, сидя в кресле. Доктор Гаури заявил, что смерть произошла от недоедания, которое привело к полному истощению организма.

Ложка выпала из пальцев Гиллона.

– Значит, это я виноват. Я убил ее, – сказал он.

– Только не устраивай нам тут трагедий, – сказал мистер Боун. Голос его звучал резко.

– Я убил ее.

– Прекрати. – Он даже размахнулся и чуть не ударил Гиллона, чтобы заставить его замолчать. – Всем в Питманго известно, что у Джин Уоллес в голове была опухоль величиной с дыню. Доктор Гаури находится на содержании компании; я надеюсь, это-то ты понимаешь. В Питманго никто еще не умирает с голоду.

Гиллон поднял с пола ложку и положил ее на стол. Больше он не мог есть.

– Не ожидал я от тебя такого. Это их первый шаг. Если ты не устоишь, тогда кто же?