Андрей Волос - Победитель

— Да уж, — кивнул Голубков. — А вот напротив ворот здание… Обратил внимание? Что-то оно, бляха-муха, мне не нравится…

— Еще бы. Там тоже гвардейцы сидят.

— С чего ты взял?

— Посмотри на окна. Занавески как в караулке.

Голубков начал озираться.

— Не верти башкой! — зашипел Плетнев.

— Точно!.. Ишь ты, бляха-муха, Шерлок Холмс!..

Иван Иванович сморщился и скучно посмотрел на Князева.

— Что вы мне про трудности? Про трудности я сам знаю. Но есть такое слово — надо! Понимаете? Партия сказала — «надо», комсомол ответил — «есть!»

— Иван Иванович, подобная операция требует применения значительно больших сил, — хмуро сказал Князев. — И времени на подготовку. Даже если повезет, как мы после боя пробьемся в Баграм? Шестьдесят километров, четыре блок-поста, батальон охраны авиабазы!

— Там видно будет, — ободрил его Иван Иванович. — Вы, главное, Амина возьмите. А уж потом разберемся. Может, и в Баграм его везти не понадобится… В общем, надо работать на результат!

— Положим ребят без всякого толку — вот и весь результат, — невесело сказал Князев.

— Да что это за ребята, если их как цыплят тут положат? — весело и как бы шутя воскликнул Иван Иванович. — Учат их, учат, кормят, одевают, а они при первой трудности лапки кверху?

— В общем, так, — сухо сказал Князев. — Прошу утвердить план операции. Подписи — начальника представительства КГБ, Главного военного советника и ваша.

— Вот! Другое дело! — оживился Иван Иванович. — Утвердим, не переживайте. Еще как утвердим! Григорий Трофимович, вы же участник Великой Отечественной! Вам ли сомневаться!.. — и подмигнул: — Тут дел на пять минут, а зато потом как приятно дырочку вертеть под орденочек, а?

Князев оглянулся, чтобы еще раз оценить диспозицию.

— Честно сказать, нам лишних дырочек не нужно, — со вздохом ответил он.

В одном из старых посольских гаражей стояла битая «Волга» ГАЗ-21 без колес и лобового стекла, наличествовала ремонтная яма, ржавый и явно сломанный сверлильный станок, а также столярный верстак и груда досок в углу.

За верстаком трудился немолодой человек в рабочей одежде, с окурком в углу рта. В его мозолистых, с изуродованными ногтями руках ерзала ножовка, сыпались опилки.

Напилив доски по размеру, он выставил на верстак железную коробку с гвоздями и взялся за молоток.

Дребезжащее эхо сопровождало каждый удар.

Когда он сколотил несколько досок, стало понятно, что человек мастерит что-то вроде гроба.

Разумеется, он не остановился на половине дела. Его молоток продолжал стучать — гулко и мрачно. Когда в пару к нижней части была готова плоская крышка, он взял дрель и стал крутить дырки в боковых стенках.

Послышались шаги, дверь гаража заскрипела, и появился Иван Иванович.

— Готово? — недовольно спросил он.

Человек с натугой поднял гроб, отнес его в сторонку и поставил рядом с еще двумя готовыми.

— Как заказывали, — хмуро ответил он, отрясая руки. — Всю ночь уродовался…

Через полчаса три свежих ящика, распространявших приятный запах сосновой смолы, стояли на полу сумрачного помещения посольского склада.

Резидент рассматривал их довольно скептически. Иван Иванович объяснял устройство, а опальные министры — Гулябзой, Сарвари, Ватанджар — взволнованно жались к дверям.

Резидент заглянул в один и недовольно спросил:

— Постелили что-нибудь?

— Одеяла, — твердо ответил Иван Иванович. — Солдатские.

— Ну правильно, — рассудил резидент. — Негоже народным министрам на голых досках валяться. Но и перин у нас нет. Потерпят.

Сарвари, неплохо знавший русский, заметил:

— Как говорится, мягко стелят, да жестко спать.

Резидент рассмеялся.

— Ну, товарищ Сарвари, это не я вам жестко постелил. Я вам со всем уважением — солдатские одеяльца. А вот ваш друг Амин!..

Улыбка сползла с лица министра.

Иван Иванович взял со стола три десантных автомата АКС и положил по одному в каждый короб.

— Прошу, — сказал резидент, делая приглашающий жест. — Да вы не волнуйтесь! Говорят, если кого живым похоронят, долго потом жить будет…

Министры переглянулись.

Иван Иванович выглянул из дверей склада и махнул рукой.

Когда по этому знаку в склад зашел человек в рабочей одежде и окурком во рту, он увидел три знакомых ему ящика. Они были закрыты крышками.

— Давай, — приказал Иван Иванович.

Человек выплюнул окурок, нашарил в кармане гвоздь и занес молоток.