Такэо Арисима - Женщина

– Да, да, Айко-сан действительно просила меня об этом, – вежливо подтвердил Ока и ушел. Через некоторое время поднялся и Курати.

– Не волнуйся, я все сделаю как надо, – сказала ему Йоко на прощанье. – Пусть приходит, так будет лучше.

– Смотри. Этот тип Кото что-то слишком настойчив… Впрочем, хуже не будет. Однако сегодня я, пожалуй, уйду…

Йоко прибрала в маленькой комнатке, выходившей в сад, положила в хибати ароматических курений и, спокойно обдумывая план действий, стала поджидать Кото. За то время, что они не виделись, он, наверное, стал еще строже и несговорчивее. Тем забавнее будет еще раз попытаться обмануть его. Только бы удалось, тогда отношения ее с Кимура упрочатся.

Через полчаса из казарм Хитоцуги возвратился Ока вместе с Кото. Йоко послала Садаё встретить гостя.

– О, Садаё-сан, как ты выросла! – раздался густой, погрубевший голос Кото. Что-то звякнуло – он, видно, снял саблю и через мгновение появился перед Йоко в мешковатой грязно-черного цвета военной форме. По комнате распространился кисловатый запах кожи. Йоко встретила его с искренним дружелюбием, с милой, как у невинной девушки, чистой улыбкой.

– Неужели это вы, Кото-сан? Какой же вы страшный! От Кото, которого я знала, остался только белый лоб. Ну, ну, не будьте таким букой. Ведь мы так давно не виделись. Я уж перестала надеяться, думала, никогда не заглянете… Очень, очень хорошо сделали, что пришли. Молодец Ока-сан, привел вас… Спасибо! – Йоко слегка поклонилась, одарив каждого из них сияющим взглядом. – Нелегко вам приходится, наверно! Может быть, не откажетесь принять горячую ванну? Как раз только что приготовили.

– Мне очень неловко, что от меня так пахнет, но панна тут не поможет, даже если я приму ее дважды… Благодарю вас.

Выражение лица Кото немного смягчилось. «Все такой же простак», – подумала Йоко.

– Простите, до какого времени вы свободны? Ах, до шести? Тогда остается не так уж много. Ладно, отложим ванну, лучше побеседуем подольше. Ну, как вам служится? Довольны?

– Сейчас я ненавижу армию еще сильнее, чем до поступления на службу.

– А как вы, Ока-сан?

– У меня пока отсрочка, но все равно меня не пропустит медицинская комиссия, не признают годным. Ах, как я завидую тем, кого берут в армию… Будь я покрепче телом, я, наверно, и духом был бы крепче, но…

– Ну, это вы напрасно, – видимо имея в виду собственный опыт, сказал Кото. – Я вот один из таких крепких. Но, служа в армии, я убедился, что там много людей здоровых, как дьявол, и трусливых, как женщина. Мне, видно, самой природой так назначено: при столь слабом характере иметь такое сильное тело. Вот я и мечусь. Это противоречие принесет мне, наверное, еще немало бед.

– Что это вы упражняетесь в скромности друг перед другом? И Ока-сан не такой уж слабый, а что касается Кото-сан, то его твердость духа…

– Если бы это было так, я не пришел бы сегодня сюда. Да и Кимура-кун давно заставил бы принять решение, – прервав ее, с жаром возразил Кото.

Йоко прекрасно все поняла, но взглянула на него с притворным изумлением.

Да, я решил высказать все до конца… Ока-кун, не уходите. Так будет лучше.

Кото несколько мгновений испытующе глядел на Йоко, потом опустил глаза, как бы собираясь с мыслями. Ока тоже как-то присмирел, украдкой наблюдая за нею. Она и бровью не повела, только шепнула сидевшей рядом Садаё, чтобы та помогла Айко приготовить ужин к пяти часам и заказала в ресторане «Мицуэнтэй» несколько блюд. Кото взглядом проводил Садаё, которая вприпрыжку выбежала из комнаты, и медленно поднял голову. Даже сквозь густой загар видно было, как он покраснел.

– Я, понимаете… – Кото умолк, словно о чем-то думая. – Если вы… надо полагать, вы скажете, что это не так, если вы собираетесь стать женой этого ревизора Курати, то я не стану осуждать вас. Если это случится, то тут ничего не поделаешь… И мне понятно… Понятно то, что вы, по-моему, способны это сделать, – вот что мне понятно. Но тогда прямо скажите об этом Кимура. Вот об этом я и хотел вас просить. Вы, может быть, рассердитесь, но я уже не раз советовал Кимура порвать с вами. Я виноват, что не сказал вам об этом раньше, прошу меня простить. – Кото слегка наклонил голову. Йоко молча кивнула ему в ответ. – Но Кимура всегда пишет одно и то же: «До тех пор, пока Йоко не напишет, что берет назад данное мне обещание, пока не сообщит о своем браке с Курати, я не поверю ничьим словам. Я верю только словам и сердцу Йоко. И хотя ты мой близкий друг, но в данном случае твои советы не смогут поколебать моего решения». Вот каков Кимура, – грустно заметил Кото и продолжал уже прежним тоном: – Мне несколько странно, что вы обходите этот вопрос молчанием.