Собрались пилигримы в своем мидраше.
Пришел р. Шломо-старший, Коген — семя Аарона — первосвященника, муж мудрых решений, что всю жизнь вел торг, а под конец оставил достояние мирское и решился сердцем взойти на Землю Израильскую. Говаривал р. Шломо: коль гневается царь на рабов своих, не дай Бог бежать царского гнева, пусть стоят в царских вратах и горюют о своей доле и о царской немилости, пока не увидит царь кручины рабов своих и не сжалится над ними.
И пришел р. Алтер-резник, [20]что передал свой нож зятю.
И с ним пришел шурин его р. Алтер-учитель, что всю жизнь сидел в шатре Торы и изучал с учениками Писание истово и дотошно. Однажды сидел он над трактатом «Венчание». Пришла ему мысль в голову, что Земля Израильская — как кольцо, [21]которым жених — Всевышний — обручился с невестой — Израилем, потеряется кольцо — и распадутся брачные узы. Понял он, что, покуда обретается за пределами Земли Израильской, — не обретает покоя. Отложил Талмуд, распустил учеников, продал дом и книги Мишны с Альфасиевыми толкованиями [22]и записался в список пилигримов, идущих в Святую Землю.
Пришел и р. Песах, общинный казначей, что ехал с женой своей Цирль. Надеялся он, что по благости Земли Израильской благословит их Господь детьми.
И пришел р. Иосеф Меир, что отослал жену домой, потому что не захотела поехать с ним в Землю Израиля. Сказал ему отец ее: только соизволь принять мою дочь обратно и зажить с ней в Бучаче, как и прежде, удвою вам приданое. Ответил он: другой суженой [23]уже обещался я, не могу ее осрамить.
И пришел р. Моше, брат р. Гершома — мир праху его, — того самого Гершома, что отдал душу Господу, распевая стих: «Введи меня, царь, в чертоги свои». [24]
От любви великой к Земле Израиля оставил р. Моше двух дочерей своих и записал свое имя и имя жены своей в список пилигримов.
И пришел р. Иегуда Мендель, из последних учеников премудрого раввина Уриэля, — Господь да хранит душу его в сокровищнице Своей. Пока жив был р. Уриэль, стелилась полоска Земли Израильской вплоть до дома его, а когда умер — весь мир потерял цену в глазах р. Иегуды Менделя, пока не вселил Господь в его сердце мысль — взойти на Землю Израиля.
И пришел еще один — имени не упомним. [25]
А еще пришел Лейбуш-мясник, которого извергнула потом Страна Израиля, потому что худое говорил о ней. Говорил он: поглядите, какая это страна, ничего в ней нет, только одна баранина. [26]
И пришел р. Шмуэль Иосеф, [27]сын р. Шалома Мордхая Левита, блаженной памяти, что был превеликим знатоком сказаний Земли Израильской. Этими сказаниями украшают имя Всевышнего. И когда он начинал славословить Святую Землю, видели, будто Сокровенное и Тайное Имя Господа — Тетраграмматон [28]запечатлено у него на кончике языка.
А когда собрались все, стал Хананья в дверях, с платком — узелком в руках, а в нем — талит и тфилин его и прочие пожитки его, как у человека, готового немедля пуститься в путь.
В то время, когда мужчины сидели в мидраше, женщины собрались на женской половине: госпожа Милька, торговка жемчугом, что вступила во второй брак, чтобы супруг ее взошел с ней на Землю Израиля, а он не захотел поехать, — и разошлась с ним.
А рядом с ней стояла ее родственница Фейга, вдова р. Юделя из Стрыя, мир праху его, — был он из рода владык и богачей, много золота посылавших беднякам Страны Израиля.
А рядом с ней стояла Гинда, жена р. Алтера-резника.
А рядом с ней стояла Цирль, жена р. Песаха-казначея.
А рядом с ней стояла Эстер, жена р. Шмуэля Иосефа, сына р. Шалома Мордхая Левита.
А рядом с ней стояла Сарра, жена р. Моше, внука р. Авигдора-старосты, да будет ему земля пухом.
А рядом с ней стояла Песиль, дочь р. Шломо Когена, что овдовела в то время и собралась следовать за отцом своим, чтобы принять страдания Земли Израильской.
Приподнялся р. Шломо Коген, встал на ноги, положил руки на стол, опустил глаза и сказал им: зачем вам ехать в Страну Израиля? Неужто неведомо вам, что много лиха выпадает на долю странников, не говоря уж о скудости пищи, страхе злых зверей, о ворах, а на море и того хлеще. Ответствовали ему сердечные наши: нет в нас страха. Если достойны мы перед Всевышним приведет нас в Землю Израиля, а если мы, упаси Боже, недостойны того — то достойны мы всех бед, что свалятся на нас.
Что он сказал мужчинам, то сказал и женщинам. Как ему ответили мужчины, так ответили ему и женщины. Сказал р. Шломо: блаженны вы, что прилепились сердцем к Стране Израильской, ибо создана Страна Израиля лишь для народа Израиля и никто не остается навеки в Земле Израиля, кроме народа Израиля. И все сказанное было говорено, лишь чтобы умножить заслуги ваши. [29]
Читать дальше