Полумрак - Книга Натаниэля

Гамлет покрутил семечку между пальцев.

– Я предпочитаю подносить, – сказал он спокойно.

Могильщик пожал плечами.

– Так тоже можно, – великодушно согласился он, – это так называемая старая школа.

Гамлет сплюнул.

– Не понимаю, зачем кидать их в рот с пояса, – сказал он.

Могильщик перестал копать и облокотился на черенок лопаты.

– Потому что это что-то, чего другие не умеют? – спросил он.

Гамлет снова сплюнул.

– В жизни и так много мелких ролей, милорд, – сказал могильщик, – хочется, чтобы они были хотя бы со словами.

Гамлет нагнулся и за глазницу подцепил облепленный сырой землей череп…

– Эх, Горацио, – сказал он негромко, отчищая его, – а ведь это была чья-то голова…

– БЛЯ, ПОКОЙНИК! – могильщик пронесся вверх чёрной молнией.

Гамлет поднял глаза, посмотрел на Горацио, потом на свисающего с нижней ветви ближайшего дуба могильщика.

– Смотри-ка, – сказал Горацио с мечтательным выражением, – взлетел стрелой. У страха глаза велики. Как точен, как лаконичен датский народ в определениях. Как просты и как ёмки его штампы и предрассудки…

– Уберите это! – крикнул могильщик, – Немедленно уберите покойника!

Гамлет спрятал череп за спиной.

– Как могильщик может боятся покойников?… – осведомился он.

– А зачем ему ещё рыть такие глубокие ямы?… – осведомился могильщик.

Гамлет уселся на кучу выброшенной из могилы земли.

– Как я уже говорил, – сказал он, озирая слегка покачивающегося могильщика, – это была чья-то голова. Может, моего дядюшки?…

– Что Вы, принц, – сказал Горацио, – король жив и здравствует.

– Ну тогда моего папы?…

– Папа Ваш в фамильном склепе похоронен, откуда он тут-то.

– Да какая разница, в конце концов, – сказал Гамлет, пристально глядя в орбиты, – чей он, вид-то от этого не поменяется. Эй, могильщик! Чей череп?

– Не мой, – сказал могильщик, его лицо все больше наливалось кровью, – я только за свой отвечаю.

Гамлет шмыгнул носом.

– Ну может это был Йорик, – сказал он, – дурак папашин, он и старый, и жил неподалеку.

– Йорик не умер пока, – сказал Горацио радостно, – так что если это его, он очень, очень живучий. Или невнимательный.

Гамлет посмотрел на него.

– Что значит «не умер пока»? – спросил он, подняв брови.

– Пока живой значит.

Гамлет посмотрел на череп, на Горацио, на разрытую могилу, пошевелил большим пальцем ноги.

– Надо же, – сказал он, – Йорик… я когда-то так на нем катался…

Горацио и могильщик притихли и повернулись в его сторону.

– Что?! Что?! – воскликнул Гамлет. – На спине катался, когда маленький был, как на лошадке! Что вы пялитесь?! По тронному залу! Все смеялись!

Горацио и могильщик переглянулись. Гамлет аккуратно положил череп рядом с собой.

– Не-не, – сказал могильщик, – мне тут не надо. Забирайте. И челюсть поищите.

– Да на кой он мне? – удивился Гамлет.

Могильщик пожал плечами – что довольно трудно, когда висишь на не очень толстой ветке спиной вниз. Дуб слегка заколыхался.

– Ну подарите Йорику, – сказал он, – будет у него запасной.

Гамлет не ответил.

– Одна голова хорошо, а две головы лучше, – мудро заметил могильщик и рухнул прямо в вырытую им яму.

– «…и если вы решили бежать, бегите немедленно, сей же час…» – читал Редактор без выражения.

Он поднял глаза и посмотрел на Автора. Автор посмотрел на Редактора. Редактор протер очки и продолжил чтение.

– «Пусть багаж снесут вниз незаметно, например в ранний час»… – прочитал Редактор еще полстроки.

Он снова поднял глаза.

– Пусть?… – спросил он. – Пусть снесут?…

Автор заерзал.

– Можно «пускай». – предложил он.

Редактор вздохнул и отложил рукопись.

– Скажите, Вы понимаете, что у нас Модный Глянцевый Журнал?… – задал он ещё один вопрос.

Автор снова заерзал.

– Честно говоря, не очень, – признался он.

– И какую же часть Вы не понимаете?… – осведомился Редактор.

Автор кинул взгляд на стопку свежих номеров на столе Редактора, осторожно взял один.

– Я вот насчет глянцевого не понимаю, – сказал он, – бумага-то матовая.

Редактор вздохнул.

– Ну да, ну да, – сказал он, – Журнал Глянцевый по духу. С матовой читать легче.

Автор осторожно положил номер обратно.

– Тогда понимаю. – сказал он тихо.

Редактор снова взял рукопись.

– Ну и что мы с Вами будем делать?… – спросил он задумчиво.

Автор оглянулся.

– Ну можем стену покрасить, – ответил он так же задумчиво, – или поиграть в города. Или у меня есть череп голубя, с ним что-нибудь придумать. Он на шнурочке, чистый уже, без голубя. Или…