Ричард Йейтс - Дорога перемен

— Уж я думаю.

Теперь, разобравшись с делами, Фрэнк мог всецело отдаться устранению неполадок в семейной жизни, требовавших его внимания. Последние две или три ночи в супружестве отмечался сбой, который в былые дни доставил бы немало мучений: Эйприл опять спала в гостиной. Однако времена, слава богу, изменились. Они не ссорились, и жена не выказывала явной враждебности.

— Я не выспалась, — в первую ночь сказала Эйприл. — Пожалуй, лучше мне лечь одной.

— Ладно.

Фрэнк полагал затею одноразовой, и его ожгло раздражением, когда на следующей вечер жена, взяв в охапку одеяло и простыни, отправилась стелить себе на диване.

— В чем дело? — спросил он, со стаканом в руке привалившись к дверному косяку и наблюдая, как она встряхивает простыни. — Ты злишься на меня, что ли?

— Нет, вовсе не злюсь.

— И сколько ты собираешься жить на отшибе?

— Не знаю. Извини, если это тебя огорчает.

Он нарочно затянул с ответом: пальцем погонял в стакане лед, затем облизал палец и, откачнувшись от двери, с тяжелым вздохом пожал плечами.

— Нет, не огорчает, — сказал он. — Сочувствую твоей бессоннице.

Вот еще одно существенное отличие от прежних времен: он вправду не огорчился. Был слегка раздражен, но не расстроен. А с какой стати? Это ее проблема. Какие возможности для хорошего самочувствия, какие залежи душевного покоя открывала эта благоприобретенная способность подразделять проблемы на свои и чужие! Напряжение последних месяцев едва не привело к нервному срыву, и сейчас, когда равновесие восстанавливается, небольшая отстраненность друг от друга вполне естественна, это хороший признак. Эйприл приспособиться гораздо сложнее, отсюда подавленность и бессонница, что вполне объяснимо и вызывает сочувствие. Но теперь он располагает временем и окажет ей разумную помощь. Где-то на следующей неделе он постарается найти солидного психоаналитика. Уже виделись предварительные беседы с велеречивым, похожим на сову венцем («Полагаю, вы весьма точно определили проблему, мистер Уилер. Пока еще трудно сказать, насколько продолжительным будет терапевтический курс, но смею заверить, что с вашей неослабной помощью и вашим вниманием есть все основания надеяться на скорый…»).

Пока же главная задача — развязаться с Морин. Было бы лучше, если б разговор прошел в баре или кофейне, что он и хотел предложить, когда утром затащил ее в нишу центральной картотеки.

— Нет, приходи ко мне, — шепнула она, склонившись над раскрытой папкой, которую они якобы изучали. — Норма уйдет рано, я приготовлю ужин.

«Да нет, лучше не надо. Понимаешь, нам надо поговорить», — хотел сказать он, но испугался ее взгляда.

А ну как она расплачется или еще чего выкинет прямо в конторе?

— Не хочу доставлять тебе хлопоты, — искренне ответил Фрэнк, согласившись прийти.

В принципе, обстановка не имела значения, главное — сам разговор, который должен быть определенным и окончательным. Уже в сотый раз он напоминал себе, что извиняться ему не за что. Противно вспомнить, сколько сил понапрасну истрачено во всяких самоуничижительных просьбах о прощении. Что бы там ни уготовила жизнь, отныне больше никаких извинений.

— Простите, вы мистер Уилер? — окликнул его женский голос.

От тротуарной бровки к нему шла девушка с чемоданчиком, и по ее хищной улыбке Фрэнк сразу понял, кто она. Его застигли в момент, когда он уже занес ногу на розовые ступени дома Морин.

— Я Норма Таунсенд, подруга Морин. Не могли бы мы переговорить?

— Конечно. — Фрэнк не двинулся с места. — Чем могу служить?

— Не здесь же.

Норма чуть склонила голову набок, словно увещевая капризного ребенка, и направилась к маленькой претенциозной кофейне, что была по соседству. Фрэнку ничего не оставалось, как последовать за ней, но свою покорность он возместил критическим взглядом на ее тугую подрагивающую задницу. Кряжистая девица двигалась с утиной перевалкой, но была в модном обтягивающем платье «чехол», невзирая на то, что оно подчеркивало ее широкую кость и мускулистость, и оставляла шлейф духов, которые в «Лорд и Тейлор» [43] «Лорд и Тейлор» — сеть галантерейных магазинов; торговая компания создана Самуэлем Лордом и Джорджем Тейлором в 1826 г. рекламируют как «загадочные и возбуждающие».

— Я вас долго не задержу, — пообещала она, после того как, приземлившись за угловой столик с мраморной столешницей, поставила к ногам чемоданчик, заказала сладкий вермут и произвела серию щелчков, шлепков и рысканий, чтобы из замысловатой сумочки достать пачку сигарет. — Времени только на аперитив, а потом надо бежать. На две недели отбываю на Кейп. [44] Кейп-Код — полуостров на юго-востоке штата Массачусетс, модный курорт. Морин хотела ехать со мной, но передумала. Собирается провести весь отпуск здесь, о чем, полагаю, вам известно. Я об этом узнала только вчера, и теперь мне будет неловко перед друзьями, которые нас ждут. Может, что-нибудь выпьете?