Светлана Талан - Надежда

– Пока нет. Наверное, решил дать тебе возможность отоспаться.

– Это плохо. Придется мне самой его потревожить, – сказала я, потянувшись к телефону.

С душевным трепетом, ожидая услышать родной голос, я поднесла телефон к уху, но вскоре разочарованно его опустила. Абонент был все так же недоступен.

Я делала вид, что голодна, и пыталась съесть хоть по маленькому кусочку, хоть по ложке всех разнообразных блюд, с такой любовью приготовленных мамой и соседом, но не чувствовала их вкуса.

– А вот это попробуй, – говорила мама, накладывая мне в тарелку очередной салат. – Это новый рецепт. Салат называется «Королевский». Мы с тобой его еще ни разу не делали. Догадайся, что я сюда положила?

Я механически прожевала салат и посмотрела в тарелку. Хорошо были видны зерна кукурузы.

– Кукурузу, – ответила я.

– Ответ правильный, но надо назвать главный компонент.

– Не могу понять, – сказала я, размышляя о том, что могло случиться с Юрой.

– Сдаешься?

– Сдаюсь.

– Печень куриная! Неужели ты не догадалась? – оживленно говорила мама.

– Мамуль, все было очень вкусно. Спасибо тебе и спасибо Степану Ивановичу. Вы у меня самые лучшие!

– Ты так мало поела! Даже не все попробовала. У нас есть еще десерт.

– Мне надо съездить в институт. А потом я вернусь, и мы продолжим дегустацию. Хорошо?

– Но зачем тебе ехать туда именно сегодня?

– Не волнуйся. Я быстренько. Туда и обратно. А потом мы опять будем с тобой вместе, – сказала я, вставая из-за стола. – Не мой посуду. Я вернусь и наведу здесь порядок.

– Поезжай, если надо, – сказала мама и стала убирать со стола.

Но поехала я не в институт, а к Юре домой. Я просто устала теряться в догадках и решила узнать правду. «Если ты меня разлюбил и нашел другую, то скажи мне это честно», – репетировала я по дороге свою речь. А потом подумала, что Юру действительно могли послать куда-то на задание в другой город. Он мог потерять телефон или просто не имел возможности позвонить. «Но почему же он был так холоден при встрече? Мы были одни, я вернулась, можно сказать, из рабства, но он был этому не рад. Почему?» – опять лезли мне в голову навязчивые мысли.

«Как бы то ни было, но я должна знать правду», – эту фразу я решила сказать, как только его увижу. Она пришла мне в голову, когда я уже поднималась по ступенькам к двери его подъезда. Я вытащила из кармана связку ключей, на которой был и ключ от квартиры Юры. Медленно поднесла его к замочной скважине, вслушиваясь в тишину за дверью, но тут же резко отдернула руку и нервным движением сунула ключи обратно в карман. «Он может быть дома не один, а я ворвусь самым наглым образом», – мелькнула мысль, от которой у меня задрожали коленки, и я протянула руку к черной кнопке звонка.

И в этот момент распахнулась дверь напротив и появилась Инесса Владимировна в своем неизменном виде: широко улыбающаяся, с бигуди надо лбом и мусорным ведром в руке. Не знаю почему, но на этот раз я ей искренне обрадовалась, словно встретила старую подругу после долгой разлуки.

– Здравствуйте, Инесса Владимировна!

– Павлиночка, добрый день! Я все знаю о вас. Бедная вы, бедная! И кто бы мог подумать, что у нас в городе такое творится? Да еще кто всем этим заправлял! Сама милиция! Ужас какой-то! – Инесса Владимировна сделала большие глаза и покачала головой. Ее густо накрашенные черные брови поползли на лоб. – И как после этого обращаться в милицию за помощью? Я, конечно же, не могу сказать ничего плохого про таких порядочных людей, как Вася и Юра. Кстати, я спросила Юру, куда он мчится, а он поцеловал меня в щеку и ничего не ответил.

– Когда он… умчался? – спросила я, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок.

– А вы не в курсе? Ничего не знаете?

Мне удалось мужественно выдержать мхатовскую паузу.

– Вчера вечером собралась я вынести мусор, – начала Инесса Владимировна вполголоса и подошла ко мне ближе. – Я, знаете ли, очень не люблю оставлять мусор на ночь в доме. И хотя, я слышала, нельзя выносить его после захода солнца, но вонь в квартире, тараканы и все такое… Так вот, взяла я, значит, ведро и выхожу на площадку. И вижу Юру. Он стоял у своей двери и запирал ее. А рядом с ним – большая дорожная сумка.

– Сумка? – переспросила я дрожащим голосом.

– Представьте себе! Большая такая сумка, черная с красным, сверху молния, а сбоку – карманчик. Знаете, Павлинка, у меня очень хорошая зрительная память, да и вообще я на память не жалуюсь…

– И что? Что было дальше? – нервничая, поторопила я соседку.