Катажина Михаляк - Бездомная

– У тебя есть друзья? – невинно начала она.

– Были, – отрезала Кинга. – Когда с человеком случается то, что случилось со мной, друзья обычно улетучиваются. А у тебя?

Ася не ожидала настолько немедленного и прямого ответа – скорее рассчитывала на длинные слезливые откровения.

– У меня-а… – протянула она. – У меня есть, конечно. У меня куча друзей!

– И никто из них не пригласил тебя на сочельник.

В словах Кинги не было ни иронии, ни удивления; прозвучали они не как вопрос, а как констатация факта. Ася была одна как перст, вот и все. «Тысяча френдов в Фейсбуке, а рождество в компании польского спутникового телевидения».

– Мы, бомжи, держимся вместе. В основном вместе. Мы ведь противостоим ментам, городской охране. Противостоим и бандитам: ведь бывает, что кого-то из нас они изнасилуют ручкой от щетки, кого-то замучат насмерть, кого-то подожгут… Ты шокирована? Разве ты не знаешь, что к бомжам относятся хуже, чем к животным? Над несчастной псиной порой даже бандит смилостивится, но не над вшивым старым оборванцем… Возвращаясь к твоему вопросу: хоть мы, бомжи, и держимся вместе, но дружить не дружим. Впрочем, как раз сочельник можем проводить вместе, если захотим: и ночлежки, и Общество святого Альберта [2] Общество помощи имени святого Альберта – польская благотворительная организация, действующая с 1981 года. Ее цель – помощь беднякам и бездомным. непременно устраивают благотворительный вечер. Тут тебе и длинный стол, накрытый белой скатертью, и елка, и прибор для заблудшего странника…

– Ты шутишь! – не поверила Ася. – Может, и святой Николай приходит с мешком подарков?

– Нет, об этом я не слышала. – Кинга спокойно отправила в рот ломтик ветчины. Она так ловко пользовалась ножом и вилкой, словно накануне окончила школу хороших манер, а вовсе не бродяжничала.

– И за этим вашим рождественским столом вы вместе преломляете облатку, желая друг другу возвращения домой? – издевательски спросила Ася.

Кинга испепелила ее взглядом.

– Не знаю, чего они друг другу желают: лично я свой первый и пока единственный сочельник в статусе бездомной провела в мусорном отсеке, желая себе смерти.

У Аси слова застряли в горле. Какое-то время они молчали. У обеих пропал аппетит.

– Я хочу как-то тебе помочь, – наконец тихо произнесла Ася.

– Почему? – так же тихо спросила Кинга.

– Потому что… потому что и со мной могло случиться то же, что и с тобой. Например, если б я потеряла работу и мне было бы нечем платить кредит за квартиру…

– Не драматизируй, – фыркнула Бездомная. – У тебя ведь есть родители? Они же не бросят тебя на произвол судьбы. Да и в любом случае – не так уж легко вышвырнуть человека на улицу.

– Тебя же вышвырнули, – ехидно заметила Ася, которую рассердила ирония в голосе Кинги.

Кинга пожала плечами.

– Меня выписали из больницы, и мне было некуда идти.

Я солгала. Солгала Асе и глазом не моргнув. На самом деле потерять все, включая свой любимый дом, в котором ты сама вылизывала каждый угол, для которого заботливо подбирала каждую мелочь, – очень просто. Достаточно одной-единственной записи у нотариуса, на которую ты, влюбленная в своего будущего мужа, не обратишь внимания, – но придет время, и ты застанешь дверь своего дома запертой, замки будут сменены, а если совсем не повезет, то окажется, что за той самой дверью уже живет кто-то чужой, и этот кто-то как раз срывает обои, которые ты клеила собственноручно, и сбивает в ванной плитку, в поисках которой ты когда-то оббегала пол-Варшавы.

Быть может, этот кто-то даже откроет тебе дверь. Может, и пустит на порог, удивляясь, что ты знаешь код домофона и без проблем смогла войти в охраняемый двор; пустит – и тут же сухо сообщит, что купил эту квартиру два месяца назад, может продемонстрировать все документы и сообщит, что понятия не имеет, зачем ты сюда пришла, если собственницей жилья не была, не являешься и вряд ли уже станешь, – разве что если примешь его приглашение на кофе… В этот момент он состроит тебе глазки и позволит себе двусмысленную улыбку: ты ведь по-прежнему красивая молодая женщина, выглядишь соблазнительно, и на лбу у тебя не написано: «Сумасшедшая, держитесь от нее подальше».

И не будет иметь ни малейшего значения, что как минимум половина отличной квартиры в довоенном каменном доме принадлежала тебе: мало того, что часть средств на нее дали твои родители (когда у тебя еще были родители), так еще и шесть лет кряду месяц за месяцем именно ты, разрываясь между учебой и работой, платила кредит из собственных денег, которые так тяжело доставались. Да кроме этого, на шее у тебя сидел увалень Кшиштоф, у которого руки росли не из того места и который не мог найти иного занятия, кроме как торговать подержанными автозапчастями на «Аллегро» да переключать телеканалы с ТВН-24 на «Евроспорт».