Иван Маслюков - Encounter - ночной экстрим

Здесь к Интернету подключиться не удалось, и она набрала штаб. Им сообщили: пока никто.

— И знаете почему? — давил Максим. — Да потому, что все в Минск поперлись. Все, звоним в штаб, чтобы вводили «5000».

Аня передала распоряжение. Капитан, однако, не угадал — и «Маскимусам» начислили час штрафного времени.

— Полтергейст какой-то… — понуро себе под нос проворчал Максим. Затем обратился за поддержкой к Диме:

— Ведь хорошая версия была?

— Хорошая, — согласился друг и, выдержав небольшую пазу, мягко добавил, — но не правильная.

— Давайте-ка все прогуляемся: девочки — налево, мальчики — направо, — подхватилась Аня.

Когда все собрались, Дима сказал Наташе: бери, мол, на Минск, едем в супермаркет. О том что, Максим настоял на своей версии, но ошибся, никто не заикнулся. Вроде как и говорить было не о чем.

Наташа держала среднюю скорость примерно сто тридцать километров в час. Дима не сводил с нее глаз, и каждый раз, когда она поворачивалась к нему — ну что ты на меня так смотришь? — он оправдывался, что больше ему смотреть некуда. Прямо — так на дороге он ничего нового не увидит. Если направо, то за окном темнотища непроглядная. Назад — так можно и шею свернуть. Остается смотреть налево, а тут — по случайному стечению обстоятельств — нет никого, кроме нее, Наташи.

«Все-таки она умница, и насчет воды права оказалась», — думал он. Но как ей удается мыслить столь логично, а поступать, и вообще жить, по наитию?

Она предельно сосредоточилась на дороге: физически возле него, а чувствами в другом измерении. Себя же он ловил на том, что ему уже мало просто любоваться ею и постоянно думать о ней. Она притягивала его все сильнее. Ему хотелось прижать ее головку к своему плечу, нашептать ей на ушко все, что он о ней думает. Именно на ушко, потому что кроме них двоих это никого не касается. Сказать бы ей: «Ты удивительная, ни на что не похожая, и этим манишь меня к себе. Ты озадачиваешь меня, ставишь в тупик, и — черт возьми! — мне это нравится». Они, конечно, будут встречаться, им столько нужно сказать друг другу! Ему очень хочется слушать ее, как тогда, в парке, он хочет понять: как она думает, о чем она думает, почему живет именно так, а не иначе.

Шел второй час ночи. Примерно на полпути, когда все, не исключая Диму, задремали, Наташа вдруг втопила тормоз и увела машину вправо, к песчаной обочине. Правые колеса, оказавшись на песке, вогнали машину в задний занос. Наташа молниеносно выкрутила руль до упора влево и одновременно подняла ручник: задние колеса заблокировались, и машина выписала полноценный полицейский разворот. Послышался треск упавшего ноутбука, испуганный вопль Ани, которая налетела на Максима. Олег, сидевший справа, сильно ударился головой о стекло, но ничего не разбил: ни окно, ни голову.

— Ё. твою!.. — все же на всякий случай выругался он.

Машина стояла в облаке паленой резины и пыли.

— Все целы? — спросил с переднего сиденья Дима.

Капитан огляделся: пострадавших нет.

— Господи, какая муха тебя укусила? — заорал Максим. Тут его взгляд упал на треснувшую крышку ноутбука, который валялся в ногах:

— Бл…, ноутбук разбили, — в сердцах выругался он. Взял в руки, но оказалось, что трещина крышки не вывела ноутбук из строя.

Наташа сидела неподвижно. Затем включала аварийку.

— Видите, — она указала вперед на дорогу, — там, на середине, трубы поперек валяются. Если бы я на скорости на них напоролась, нас бы потом с деревьев снимали.

Она вышла. Трубы (сантиметров пятнадцать в диаметре, полметра в длину) она принялась скатывать ногой в кювет.

— Что она там делает? — раздался с заднего сиденья Анин голос.

— Все правильно она делает, — ответил Дима.

Наташа вернулась и заявила:

— Нужно догнать грузовик.

— Какой грузовик? — уставился на нее Максим.

— С трубами. Он разминулся с нами минут десять назад. Мне показалось тогда, что у него открыт задний борт, но я мельком только видела в зеркале. Потом видела одну трубу на встречной полосе, но она почти сливалась с асфальтом, я подумала, мне померещилось. Теперь я уверена — у него из незакрытого кузова вываливаются трубы.

— Наташа, ты что, сбрендила? Десять минут назад — это значит, что нам придется полчаса его догонять. «Отморозкам» только того и надо, мы у них на хвосте сейчас висим!

— Я думаю, что человеческая жизнь того стоит. Нужно нагнать грузовик, потому что если он и дальше будет ронять трубы, то случится беда.

— Сестра милосердия, а тебя не волнует, что прошлой ночью Рабочая партия Курдистана понесла серьезные потери в перестрелке с турецкими регулярными войсками? Давайте прямо сейчас вооружимся до зубов и грудью станем за повстанцев — что ж мы тут херней-то маемся, а?! — горячился Максим.