Ирвин Шоу - Растревоженный эфир

Арчер наклонился над ванной, сунул руки в воду, взял тело под мышки. Его охватил страх. Покорны, который в жизни никогда никого не мог напугать, своей смертью нагнал на Арчера страху. Арчер почувствовал, как намокли манжеты и рукава, слишком поздно вспомнил, что не снял часы. Под мышками его пальцы нащупали только дряблый жир, никаких мышц. Отведя взгляд в сторону, Арчер потянул тело вверх. Усилий это потребовало неимоверных, от напряжения у него перехватило дыхание. Покорны скользил по эмалевому покрытию ванны, вода, прежде чем сбежать вниз, на мгновение покрыла очки музыканта матовой пленкой. Колени распрямились, полы халата чуть разошлись, открыв бледные ноги. Арчер заставил себя взглянуть на Покорны, когда его голова и плечи поднялись над водой. Седые волосы, облепившие большую шишковатую голову, широко раскрытые глаза, испуганные и изучающие, словно в последний момент жизни музыкант столкнулся с чем-то ужасным и таинственным. Раззявленный рот, красные губы, но ведь Покорны и в пультовой частенько сидел с приоткрытым ртом, недовольный тем, что Леви чересчур выделяет партию трубы. Одной рукой Арчер попытался определить, бьется ли сердце, не обращая внимая на то, что вода залила часы. Но в дряблой груди ничего не билось. Арчер выпрямился, и Покорны тут же медленно сполз под воду, словно решил смыть мыло с волос. Режиссер наклонился, чтобы вновь вытащить его из воды, но в последний момент передумал. «Я могу вытаскивать Покорны всю ночь — стоит мне убрать руки, как он вновь будет сползать в воду», — решил Арчер.

Он вытер руки маленьким гостевым полотенцем, которое украшала вышитая желтым обнаженная женщина. Арчер взглянул на пустой пузырек и телефонный аппарат, стоявшие бок о бок на табуретке. Мрачная комбинация символов — сон и средство общения с людьми, объединившиеся ради уничтожения. Автоматически Арчер сунул пузырек в карман, затем наклонился и подобрал крышечку, которая закатилась под ванну. С пальто в руках вернулся в гостиную, где миссис Покорны по-прежнему разглядывала свои грубые руки.

— Ну что, — вдруг подала голос миссис Покорны, не шевельнувшись, не повернув головы, — теперь вы довольны?

Арчер вздохнул. «Господи, — подумал он, — теперь она свалит всю вину на меня».

— Манфред позвонил мне час назад. — Он постарался говорить как можно мягче. — У него был такой странный голос, что я решил зайти. Но я и представить себе не мог…

— Естественно, у него был странный голос, — бросила миссис Покорны. — Естественно, что час назад у него был очень странный голос.

— Вы позвонили врачу?

— А что может сделать врач? — спросила миссис Покорны у своих рук. — Вернуть ему жизнь? Сделать прививку от самоубийства?

— В любом случае, — Арчер чувствовал, что должен подойти к этой широченной, необъятной женщине, положить ей руку на плечо, выразив тем самым свое сочувствие, но не мог заставить себя шагнуть к ней, — в любом случае врачу надо позвонить.

— Вы и позвоните. — Миссис Покорны закрыла глаза, не меняя положения головы. — Я никому звонить не буду.

— Телефон там. — Арчер посмотрел в коридорчик.

— Вот и хорошо. Пациент будет перед вами, так что вы сможете описать врачу все симптомы, ответить на все его вопросы.

Арчер уже шагнул к ванной, но остановился, повернулся, подошел к столу, сел напротив миссис Покорны. Ее большое лицо под нелепыми розовыми перышками на шляпке цветом напоминало бетон. Тяжелые веки закрывали глаза.

— До прихода доктора мы можем кое-что сделать для Манфреда.

Миссис Покорны открыла глаза, уставилась на Арчера.

— Для Манфреда вы уже сделали достаточно. Так что можете идти домой.

— Он лежит в халате. В ванне. — Арчер говорил медленно, стараясь пробиться сквозь немигающий взгляд миссис Покорны. — Мы могли бы снять халат. И… — Он достал из кармана пузырек и крышечку, положил на стол. — Я мог бы это выбросить.

— К чему вы клоните?

Арчер увидел, как затвердели глубокие морщины у большого рта.

— Если его найдут голым… словно он принимал ванну… Если убрать пузырек из-под снотворного… У него было высокое давление. Больное сердце. У него мог быть сердечный приступ… Смерть могла наступить от естественных причин.

— Он умер не от естественных причин, — отчеканила миссис Покорны. — Он покончил с собой.

— Возможно, — не стал спорить Арчер. — Но если мы внесем небольшие коррективы… Появится причина для сомнений. Репортеры могут проявить тактичность, врач… Так будет лучше для его памяти, для вас…