Юлия Зеленина - Поиск.ру

– Он женился и уехал в другую страну! – весело ответил соседский паренек и скрылся из виду, а по моим щекам потекли слезы.

– Главное, чтобы он был счастлив, – прошептала я с грустью.

Мой рассказ о первой любви был завершен. Мои гости о чем-то думали.

– Так ты с ним переспала или нет? Я не поняла, – голос Виолетты прорезал тишину, и дымок романтики растворился в воздухе.

– Хорошая история, – сказала Нюрка вздохнув. – Я помню ее!

Глаза Наташки округлились, ее дрему, как рукой сняло, она даже вскочила с дивана и подбежала к Нюрке.

– Помнишь? Ты знала? – возмущенно прокричала моя лучшая подруга, после чего повернулась ко мне и напряженно произнесла:

– Нюрка знала! А я была в неведенье! Я – твоя лучшая подруга!

– Мы с тобой тогда полгода не общались на спор! Вспомни! Это было сто лет назад, успокойся! – оборонялась я.

– Но потом наш спор закончился, и мы начали разговаривать! А ты страдала год! А я не знала ни черта! – продолжала выяснять отношения, оскорбленная неведеньем подруга. Я чувствовала себя ее мужем, который изменил ей с другой женщиной много лет назад и вынужден оправдываться. Наташка не хотела успокаиваться, видимо пары алкоголя будоражили ее сознание. Она металась по комнате, возмущенно выкрикивая, что недовольна моими тайнами, пусть и многолетней давности. В воздухе пахло скандалом. Виолетта технично заметила, что тоже была не в курсе этой истории, но Нюрка добавила искры в огонь, гаркнув, что знала о моих страданиях все до мельчайших подробностей.

– Почему Нюрка знает? – продолжала допрос лучшая подруга.

– Потому что я должна была с кем-то поделиться своими переживаниями, а Нюрка в школе была самым надежным человеком. Ей все доверяли свои тайны, – я тоже начала повышать голос.

– Конечно! Это поэтому ее называли «изба-исповедальня»! – произнесла Наташка с издевкой и уселась на свое место.

Нюрка к этому моменту совсем окосела от вина. Она сказала, немного заплетающимся языком, что все тайны хранятся у нее в голове, и она мечтает написать книгу под названием «Секретные материалы школьных подруг», после чего пьяно хихикнув, предложила потанцевать. Все начали говорить одновременно, делясь своими точками зрения по поводу сложившейся конфликтной ситуации. Наташка начала оскорблять Нюру, и говорить ей всякие скабрезности по поводу того, что никаких отношений у школьницы с пышными телесами и быть не могло и все что оставалось ей, убогой – выслушивать чужие истории о любви. Вечер снова перестал быть томным, его разнообразила словесная дуэль двух бывших одноклассниц.

– Я требую, чтобы меня называли Анна Александровна! Межу прочим мать троих детей! А не какая-нибудь вертихвостка, пристроившаяся на шее олигарха, – провизжала Нюрка, предварительно встав на диван. В следующую секунду Наташкиной рукой в ее лицо были выплеснуты остатки вина из бокала.

Поток оскорблений, который изливался из уст двух разъяренных женщин, был весьма разнообразен. Виолетта Сидоровна быстро моргала, потому что искренне растерялась от такого количества брани. А я молча наслаждалась бабьим буйством. Меня вдруг осенило: эти две женщины искренне несчастны! Одна из них устала от нищеты и трудностей семейного быта, другая – от финансовой распущенности и отсутствия простых домашних забот. Что-то посередине – идеал человеческого счастья.

– Я хочу поговорить с тобой, подруга! – услышала я голос Виолетты над своим ухом.

Мы с Вилей вышли на балкон. Она курила, и торопливо рассказывала о нелегкой жизни, о том, что все ее браки оказались браком, и что муж ее последний ничтожество в постели, а два других до этого были гомосексуалистами, а самый первый – посол – умер, от наркомании, оставив ее вдовой. Маска бизнес-вуменши всего лишь часть игры, правила которой она обязана соблюдать, и ничего изменить уже не возможно.

– Наталья рассказала мне твою ситуацию, – сказала проникновенно Виля, после того, как закончилось извержение откровенческого вулкана.

– Какую ситуацию? – слегка удивленно переспросила я.

– Ну, как какую… коллизии твои жизненные. Все эти неудачи! Мужика надо искать хорошего! Я пришла подготовленная.

Через несколько мгновений перед моим носом возникла визитная карточка очень важного человека и, со слов Виолетты, вполне симпатичного мужчины. Она вложила мне кусок картона в ладонь и, рассмеявшись демоническим смехом, шепотом произнесла:

– Мужик-мечта, если бы я не была замужем, то…