Альберт Родионов - Серое небо асфальта

— Дмитрий, а вы откуда? — удивился почти трезвый Виктор, словно только его увидел.

— Давно здесь сидим! — с восточным акцентом проговорил Дима, удивляясь почти мистическому перевоплощению старого алкоголика.

Виктор осмотрел стол, чуть застеснялся и, взяв свою, а может чужую пустую кружку, сказал:

— Давайте перейдём за чистый столик, здесь как-то неуютно!

— Давай! — засмеялся Дима. Он был рад, что у вечера появился шанс…

— Вы что-то говорили о пиве?!

— Говорил, говорил, сейчас… — Димка подошёл к окошку и сделал заказ…

Кружка пива мгновенно исчезла в утробе Виктора, вернее её содержимое, руки достали из кармана мятый грязный платок и вытерлись, а само тело…

— Извините… — сказало тело и отошло к несчастному дереву…

Провожая взглядом путь своей вялой струи, Виктор шмыгнул носом, потом многозначительно засопел… и, не выдержав, заметил:

— Круговорот мочи в природе — бесконечный процесс бытия! Моя успешная половина всегда это знала, не зря заглядывала в такие дaли, — он пощупал нижней губой подтверждение своей принадлежности к знаменитой фамилии. — Представить и осознать, что там… вдали, могут только Гении! — Он оглянулся, заправляя в штаны кран бесконечности. — Что не веришь, сомневаешься или просто не видишь?

Дима пожал плечами, ему снова стало казаться, будто Виктор пьян и неадекватен, от этого интерес к зарождающейся дискуссии становился похожим на исчезнувший за полузастёгнутой ширинкой Вити, поникший кран… бесконечности… в своём бесконечном желании алкоголика объять оную и обрести какой-никакой покой. Хотя именно затем, чтобы обрести этот пресловутый покой души, Дима нарывался на подобные встречи, казавшиеся ему важными, рассчитывая в глубине своеобразного андеграунда почерпнуть мудрости от самой, так сказать, почвы.

— Ладно… — Виктор попытался сосредоточиться… даже умыл сухими руками лицо, встряхнул головой и продолжил:

— Представь бесконечность… — покачиваясь, он наблюдал, как Дима представляет… — Что, трудно? — он усмехнулся, снова почти трезвея. — Невозможно обычному разуму представить то, что не имеет границ! Ну, если невозможно представить бесконечность, то попытайся представить границы всего того, что постигает твой разум… Вот, тоже невозможно, мы не можем представить себе окружающую эти границы пустоту! Но что, по-твоему, более реально, бесконечность или ограниченность? — он долгим взглядом посмотрел на пустую кружку, но видимо быстро устав от её сухой ограниченности, раздражённо отвёл взгляд и с осуждением взглянул на собеседника.

— Не знаю, честно… ещё не думал, — угадав взгляд, Дима полез в карман — за портмоне. — Но узнать могу, позже.

— То есть? — потеплел вопросом Виктор, сгребая денежку со стола и боком, пятясь к разливочному окну киоска…

Дима подождал, пока две полные кружки пива стукнутся о столешню, и договорил:

— Позже, когда придёт Демиург, — его глаза, почувствовали себя виноватыми и Дима, вторя им, осторожно посмотрел на строгого товарища. Но тот почему-то не удивился, просто долгим взглядом, изменяя янтарному наполнению бокала, уставился Димке в переносицу, словно измеряя на прочность толщину лобной кости, и вонзил неожиданный вопрос:

— К тебе тоже ходит?

— Да-а! — по-овечьи вякнул Дима, не решив ещё — радоваться или наоборот.

— Ну тогда споёмся, заметь не сопьёмся, а споёмся! — первым, зная, как поступить, обрадовался Виктор. — Можешь его не спрашивать, всё равно ответит, что бесконечность реальнее границ!

— Почему? — Дима решил, что хочет узнать именно сейчас мнение искусствоведа недоучки, а чьё оно — разберётся потом. Видал он на своём веку умников немало, а в местах не слишком отдалённых, буквально рядом, но с достаточно крепкими стенами, легко можно встретить не только Сальвадора Дали… но и Наполеона, Цезаря и не по одному, а вёдрами.

— Слава богу, книжки почитываем, радио слушаем, телевизор смотрим! — усмехнулся он и, укрепившись взглядом, исподлобья взглянул на Виктора… всасывающего пиво, словно ноздря кокаин… — Так почему всё-таки, он именно так ответит? — почти крикнул Димка, вдруг подумав, что к ним могут приходить совсем разные Демиурги.

— Вы чего… кричите? — от неожиданности Виктор чуть не захлебнулся и несколько сдрейфив, опять перешёл на "вы", он вдруг вспомнил, кто здесь наливает!

— Ты сказал, что твой Демиург отвечает… как честный пацан, за то, что бесконечность реальнее! — Дима продолжал давить, ему это вдруг понравилось, особенно то, как съёжился умник, как чуть не расплескал пойло. — "Странно, — подумал он, — на улице Витя сразу теряет чувство собственного достоинства и как две капли воды становится похожим на своих братьев по… — он снова задумался, как правильно оформить фразу, как будет вернее, — … несчастью или счастью! — поразмыслив немного, решил, что для них это одинаково и стал думать дальше… — Недавно у меня дома, даже денег не взял, а тут над пивом трясётся…"