Альберт Родионов - Серое небо асфальта

— Требуют хлопот? — Димка пропустил заданный вопрос.

— Да не так чтобы… Лак дорогой, собака! — нахмурился тот…

— Живёте где?.. квартира есть? — Димка подумал, судя по задрипанному пальто, что, может статься, Виктор Сергеевич не БИЧ или БИС, а обычный БОМЖ.

— Есть, есть… однокомнатная… еще, и мать есть, и как ни странно тоже хочет есть! — В.С. почему-то раздражался… Какой-нибудь парапсихолог, обязательно приобщил бы его растущее раздражение к постоянному накручиванию острых кончиков усов, но Дима, совсем юный метафизик, спросил:

— Так вы есть хотите? — он радостно улыбнулся, несмотря на полную профанацию в таком серьёзном вопросе, как парапсихология.

— Ну, вообще-то, иногда приходится! — тяжкий вздох из-под гротескных усов, признался в наличии волчьего аппетита.

— Тогда пошли ко мне, я сейчас один, жена в командировке, сын поступает… Думаю, в холодильнике что-нибудь съестное обнаружим! — Дмитрий решил, что они действительно могут прилично поужинать — на пару, заодно беседуя о психологии тоже. Оглянувшись, следует ли за ним реинкарнация великого сюрреалиста, пошёл вперёд. — Не отставайте, а то останетесь без ужина!

— А к ужину… надо же взять… — странный тип в пальто, не в кожаном конечно, но привлекающий взгляды прохожих, в два неожиданно резвых прыжка догнал Дмитрия и зашагал рядом, оглядываясь на удаляющийся универсам.

— Дома есть… коньяк! Пьёте коньяк?

— А какой?

Дмитрий улыбнулся и покачал головой…

— "Камю", устроит?

— А водки нет?

Дима подумал, что действительно не стоит понтоваться и портить дорогой напиток, а лучше взять денег и просто купить водки. Ему стало стыдно за свой снобизм, он в какой-то момент почувствовал себя выше опустившегося человека в старом зимнем пальто, решив проставить элитное пойло. Даже в такой мелочи он не был свободен! что тогда говорить? и выше ли? если сам потянул себя вверх, словно Мюнхгаузен — за волосы, словно не могущее никогда взлететь пресмыкающееся, лишь бы почувствовать себя больше!

— Мелочь пузатая! — подумал о себе Дима и смачным плевком, ни за что, оскорбил землю.

* * *

— Две бутылки, думаю, хватит, если что, остаток заберёт с собой, — решил он, рассчитался с кассиром и пошёл к своему дому… Там, у подъезда, его ждал новый знакомый, возможно кладезь энергии Свободы и сакральных знаний. Посылать за водкой, несмотря на гипотетический клад, его одного, он не решился, так как не освободился пока от укоренившегося за зрелые годы недоверия к ближнему.

— Я пальто на пол, в уголок сложу… нет, нет, на вешалку не надо, — В.С. осторожно свернул пальто изнанкой наружу, правда, изнанки — подкладки, как таковой, не было, она стёрлась под мышками и держалась лишь на верхних швах. — Это не из-за вшей, насекомых я вывел месяц назад, и пока не встречался с ними воочию, ни в голове, ни в швах, просто у вас всё так чисто и пахнет приятно, — он страдальчески скромно улыбнулся, растерявшись в забытой обстановке семенного уюта.

"Странно, что пахнет приятно" — подумал Дима о накопившемся в квартире запахе его недавнего обихода: немытого тела, зубов и дёсен, объедков на подносе, но решил не спорить и вежливо предложил: — Проходите, Виктор… может, перейдём на ты?

— С удовольствием!

— Тапки… сына… на полке обувной…

— Обойдусь!

— Не стесняйся Витя.

— Да не люблю я… в обуви… пусть ноги отдыхают… — Витя покосился на свои носки, шевельнул большим, вылезшим из дыры пальцем на одном из них, секунду подумал, но одеть чужой тапок постеснялся и прошёл в кухню, где уже звенел тарелками и хлопал дверцей холодильника Дима. — Да, хорошо у вас… у тебя!

Водку он цедил мелкими порциями, заметно наслаждаясь…

— И водочка хороша у тебя тоже! — засмеялся он более смело и раскрепощено.

— И всё-таки, объясни пожалуйста, как вдруг ты можешь быть Сальвадором Дали? — не утерпел Дима и задал давно сдерживаемый вопрос, из-за него, отчасти, он и пригласил Виктора в гости. — Ведь… довольно серьёзного ума человек, не замеченный, так сказать, в неадекватности поступков, иначе, сам понимаешь, уже бы оповестили, ещё у магазина, а тут такое заявление!..

— Запросто! — Виктор ловко подцепил на вилку маринованный маслёнок, словно показывая — насколько всё просто!

— Ну ты даёшь! — Димка наполнил стопки. — Продолжай…

— Я чувствую, знаю это, но доказывать никому ничего не собираюсь, а усы… ну, пусть это будет моей данью нашему духовному… — он дожевал на передних зубах скользкие останки гриба… — да пожалуй, и физическому родству, — рука Вити потянулась за стопкой… — Повторим?