Рафаэль Мухамадеев - Про-писи венеролога

«Опять проклятая гипертензия, — подумал Макар. — Всегда давление повышается перед грозой. А может, все из-за этой проклятой чертовщины?» — он с досадой посмотрел на толстую жабу документов, разлегшуюся на столе. Перед глазами мелькали мелкие темные мушки. В ушах звенели комары.

«Надо было сразу отказаться от этого чертова дела, спихнуть на другой отдел или еще что-нибудь придумать». Но слепая привычка повиноваться любому, даже самому бестолковому приказу впиталась в его плоть, стала второй кожей. В управлении Нарымов имел репутацию энергичного умного человека, способного организовать работу своего отдела таким образом, чтобы в кратчайшие сроки выполнить любые приказы начальства.

Нарымов был озадачен. Долго и трудно раздумывал.

Дело на первый взгляд относительно простое.

«Серия поджогов, инспирированная иностранными агентами, направлена на дестабилизацию политической и экономической обстановки в стране, подрыв авторитета руководства МАССОЛИТА и прочая и прочая.

Даже эту дуру Анну, по кличке Чума, можно будет представить пособницей иностранного капитала, специально пролившую подсолнечное масло на трамвайные пути, чтобы физически ликвидировать товарища Берлиоза — выдающегося творца новой массовой пролетарской литературы. И тому подобное в том же роде.

Имя второго убитого, проходящего по делу, было Майгель. Барон. Он же — Ян Могилевский, подпоручик, агент польской сигуранцы. Он же — Иван Мойкин, давным-давно перевербованный работниками ОГПУ. Агенты-двойники не редкость.

Где-то Ваня прокололся. В нашем деле потери неизбежны. Иногда приходится жертвовать сотнями ради достижения высшей цели». — Макар непроизвольно взглянул на стену своего рабочего кабинета.

Вторая отрабатываемая версия майских событий выглядит следующим образом.

«Банда врачей, пособников мирового империализма, в совершенстве владеющая искусством массового гипноза, пытается подорвать курс советского рубля. Играет на низменных инстинктах отсталой части населения, верующей в Бога и всяческую чертовщину. Тьфу-тьфу!» — непроизвольно сплюнул Макар и опять посмотрел на стену с портретом вождя.

По долгу службы он был убежденным атеистом. Словно гонимые легким бризом мысли-лодочки понеслись прочь от фарватера сути дела. В памяти всплыло лицо матери, размашисто крестившейся на образа в углу избы. Булавка памяти больно кольнула сердце. Макар тяжело вздохнул, протер как стекло левую половину груди и вновь попытался сосредоточиться. Голова шла кругом от обилия фактов, количества пострадавших, донесений агентов.

«Сейчас бы в Ялту». — Макар вспомнил короткий прошлогодний отпуск с женой. Ночные купания в море, ритмичный шум прибоя, свежий йодно-соленый запах. Почему-то сразу захотелось нарзану. Он нажал пальцем коричневую кнопочку на столе и через некоторое время привычно вздрогнул от вида изломанного носа старшины Приходько.

— Вызывали, товарищ майор? — пробасил тот.

— Да. Принеси бутылочку воды, — попросил он и, сделав небольшую паузу, продолжил официальным тоном: — Закажите мне литературу об Иисусе Христе, Сатане, Понтии Пилате.

Брови старшины изогнулись морскими коньками. Мысль в глазах, как рыба в речке, промелькнула и пропала.

— Слушаюсь!

— И еще. Пригласите на утро лучшего специалиста по гипнозу.

— Нашу профессуру доставить или из-за границы?

— Не задавайте провокационных вопросов! — по волосу воздуха сабельным клинком просвистел голос майора.

— Виноват! Понял! — мигом сварилось лицо старшины. — Будет исполнено! Разрешите идти? — привычно прострочил пулеметной очередью и выскочил за дверь.

«Иди к черту!» — мысленно послал его Макар и устало опустился в нежные объятия кресла. Обвел глазами стены, обхватил короной рук голову и опять задумался…

В окно, ехидно улыбаясь, вкрадчиво заглянула косая челка месяца. Далекий гул курантов возвестил половину первого часа ночи.

«Итак, что мы имеем? — перед его глазами лежали данные на лиц, находящихся в розыске. С глухим раздражением он вновь прочитал ориентировку.

Гражданин Воланд — гипнотизер. Называет себя профессором черной магии. Возраст около 40 лет. Высокий брюнет. Рот кривой. Правый глаз — черный, левый — зеленый. Одна бровь выше другой. Лицо — асимметричное. Во рту — золотые и платиновые коронки. Разговаривает басом. Костюм серого цвета. На ногах серые туфли, на голове серый берет. Ходит с тростью черного цвета с набалдашником в виде головы пуделя.