Айрис Мердок - Зеленый рыцарь

Мой медленно побрела обратно к берегу, с трудом поднимая нош в отяжелевших от илистой воды ботинках. Все случившееся заняло какую-то минуту, от силы две. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Наткнувшись на скользкий камень, она упала, выползла из воды на коленях и, вся дрожа и тихо постанывая, поднялась на ноги. Стащив с себя промокшую грязную куртку, она встряхнула ее, отбросила в сторону и слабо, неловко попыталась выжать воду из юбки. Она вдруг осознала, что плачет, и поняла это только потому, что сбегающие по щекам слезы были теплыми. Дрожа от холода, Мой собрала промокшие волосы, встряхнула их и спутанной массой закинула за спину. Глотая слезы, она подумала: «Остается лишь надеяться, что я не причинила вреда лебедю». Она подняла куртку, решив, что должна одеться, и ей удалось вновь натянуть ее на себя. Опустив голову, Мой вернулась к ступеням и начала медленно подниматься на набережную. Уже почти дойдя до верха, она вспомнила, что оставила внизу у парапета папку и сумку, и пошла обратно. С ее замерзших рук капала грязная вода, пачкая папку с картинами. Вновь поднявшись по ступеням, она побрела по набережной. Проходившие мимо люди встречали ее удивленными взглядами и оборачивались ей вслед. «Я не могу в таком виде сесть в автобус, — подумала Мой, — но до дома слишком далеко. Что же мне делать, ох, ну что же мне делать?!» Она продолжала плакать, мучаясь от противной тяжести промокшей куртки.

— Батюшки, Мой, что с тобой случилось?

— Милая, что произошло? Откуда ты так поздно, где ты пропадала? Мы уж не знали, что и думать!

— О боже, с тобой все в порядке?

— Все в порядке, — буркнула Мой. Она еле проковыляла по прихожей Клифтона и опустилась на пол возле лестницы.

— Господи, где ты так вымокла и вымазалась? Бедняжка…

— Все просто ужасно, — сказала Мой, — я подралась с лебедем.

Набравшись мужества, она в итоге села в автобус, где ее плачевный вид вызвал разные комментарии, как сочувственные, так и неодобрительные. Конечно, она не рискнула сесть на кресло и так и простояла всю дорогу почти у самого выхода, ссутулившись и опустив голову. Она чувствовала себя какой-то безумной дурой.

— Живо набери горячую ванну, — велела Луиза Сефтон, — Давай-ка пойдем наверх, нужно снять всю одежду, нет, лучше раздевайся прямо здесь…

— Мне очень жаль, извините, вечно я попадаю в дурацкие истории…

— Алеф, закрой входную дверь, не будем выстуживать дом. Как, ради всего святого, тебе удалось подраться с лебедем? Мне казалось, ты любишь лебедей.

— Он пытался… пытался… утопить кого-то малыша… — запинаясь, проговорила Мой и опять заплакала, покорно и быстро поднимаясь вместе с Луизой по лестнице.

Для визита к мисс Фокс Мой специально принарядилась, но этот наряд, похоже, уже принадлежал туманному прошлому. Приняв ванну, она облачилась в чистые теплые брюки и шерстяной свитер и уже сидела в Птичнике, рассказывая историю своего приключения.

— И что же произошло потом?

— Тогда он накинулся на меня, как будто уселся прямо сверху и… кстати, — сказала Мой, оборвав фразу, — а где Анакс? Я хочу, чтобы он тоже послушал!

— Наверное, он в твоей комнате, — ответила Сефтон. — Я схожу за ним, — Вскоре она вернулась. — Нет, его там нет, должно быть, он в кухне или в саду.

— Он сидел в кухне, — заметила Алеф, — Сеф как раз недавно готовила ему завтрак. Извини, мы вспомнили о нем слишком поздно.

Мой вскочила и выбежала на лестницу.

— Анакс, Анакс! — покричала она, потом спустилась вниз вместе со всеми.

— Его нет в кухне, должно быть, он в саду. Наверняка, ведь он бросился к Мой, как только она вошла в дом…

Сестры и Луиза выбежали в сад, подзывая собаку. Но Анакс не явился на их призывы.

— Может, он заснул на чьей-то кровати?

Они обыскали весь дом, заглянули в каждую комнату и проверили все углы. Наконец, собравшись вместе, они в смятении смотрели друг на друга. Анакс исчез.

— Должно быть, он выскользнул в открытую дверь, когда Мой вошла, — сказала Алеф. — Помните, мы не сразу закрыли ее.

— Скорее всего, он отправился искать старую квартиру Беллами, — предположила Сефтон.

— Нет, нет, он просто побегает по округе, — успокаивающе возразила Луиза.

Они вышли из дома и пробежали по ближайшим улицам, призывая Анакса, потом, несчастные, вернулись обратно.

— Хорошо еще, — заметила Луиза, — что он ушел в ошейнике.

Сефтон издала горестный стон.

— Я сняла с него ошейник! Он весь выпачкался, роясь в саду. Мне хотелось вымыть его. О господи!