Анна Ромеро - Тайны Торнвуда

Но здесь жизнь казалась чем-то величественным. Здесь были мир и покой, аромат полевых цветов и прохладная вкусная дождевая вода для питья. А самое главное – я знала, что у моей дочери теперь есть то, чего никогда не имела я: надежный, постоянный дом.

Уверенной походкой я шла по дорожке, а потом вокруг дома, направляясь вверх по холму в заднюю часть сада на звук одиноко завывавшего триммера. Раздвигая переплетенные ветки деревьев, я наступала на лопнувшие гранаты и опавшие авокадо, которые гнили на дорожке. На полпути вверх по холму я остановилась в тени, чтобы вытереть стекающий по лицу пот. Жужжание ручной газонокосилки оборвалось, и сад погрузился в тишину.

Небо сияло, но в тени под деревьями было сыро и темно, гудели насекомые. Я продолжила свое восхождение, ковер из листьев и хвои заглушал мои шаги. Вскоре кирпичная дорожка закончилась, сменившись обычной тропинкой. Несколько минут спустя я отодвинула в сторону занавес из плоских листьев тропических лиан-монстер и очутилась на краю подстриженной травянистой поляны.

В центре ее рос могучий бук, тянувшийся своими изящными ветками в небо. Крохотные бело-голубые цветки, торчавшие над прицветниками листьев, распространяли в воздухе сладкий запах. Ствол был широким, его бледно-серая кора – гладкой, если не считать почерневшего, похожего на пещеру отверстия у основания дерева. Наверное, когда-то в бук ударила молния; образовавшаяся расщелина была полой и достаточно большой, чтобы в нее мог забраться человек. На поврежденном участке ствола выросло несколько ветвей, получилось нечто вроде лестницы, и я узнала дерево, в котором Бронвен нашла старую жестяную коробку из-под печенья. Самая нижняя ветка качалась, листья на ней трепались, как в бурю, хотя ни малейшего дуновения ветра не было. Подходя ближе, я увидела, что я здесь не одна.

На эту ветку забрался мужчина, чтобы подняться по стволу дерева. Он дотянулся до соединения двух суков и по локоть засунул руку в глубокое дупло на месте отвалившегося сука.

– Хоб?..

Воздух, казалось, застыл в мгновении безмятежного покоя перед бурей. Хоб молниеносно вытащил руку из дупла и спрыгнул с ветки, ударившись при этом головой и сдвинув очки. Круто повернувшись ко мне, он что-то удивленно пробурчал. Сапфирово-синий глаз старика расширился.

– Что-то потеряли? – осведомилась я.

Хоб отошел от дерева, отряхивая руки, поправляя очки.

– Э-э-э, нет, деточка. Просто проверял, нет ли какого ущерба от поссумов… К счастью, все под контролем, волноваться не о чем. Очаровательный старый белый бук, редко увидишь его окультуренным, как здесь, такая жалость, как подумаешь, что он отдан на милость сил природы. Ну что ж…

Он похлопал себя по карманам, нащупал блокнот и устроил целое представление, вычеркивая что-то из списка. Подняв триммер, он бодро мне улыбнулся, затем пошел по дорожке под горку – по направлению к дому.

– Все остальное в основном сделано, – сказал он, когда я его догнала. – Деревья подрезаны так, чтобы не упирались в карниз, а сливы почищены… Это тоже хорошо, может зайти гроза…

Он продолжал разглагольствовать, пока мы спускались с холма, в мельчайших подробностях отчитываясь передо мной о проделанной за день работе. Груда сухих обрубленных сучьев, которые он сложил под домом, послужит отличной растопкой, когда придет зима. Через несколько недель он пришлет Герни, чтобы тот еще раз подстриг лужайку – после стольких лет засухи, объяснил он, если дождь все же пойдет, я смогу стоять у окна и наблюдать, как растет трава. И если я не против, он замульчирует огород обрезками, чтобы подбодрить земляных червей.

Я слушала вполуха.

Ущерб от поссумов? Нахмурившись, я оглянулась через плечо. Пока мы спускались по заросшей дорожке, верхние ветки бука были видны над более густой, блестящей листвой деревьев манго и диких фиг. Кончики ветвей упирались в небо, под россыпью восковых цветков мерцали серо-зеленые листья. Бук, без сомнения, счастливо сосуществовал с поссумами сотню лет или больше.

Я сердито посмотрела на Хоба. Его морщинистое лицо порозовело, а лицо блестело от пота. Он как раз был на середине рассказа о процедуре очищения водостоков – нужно подобрать правильный инструмент, должным образом поставить лестницу – и о том, что из лиственного мусора получается великолепный компост.

А я мысленно видела только громадный бук с его бледной чешуйчатой корой и обожженным стволом и причудливую, похожую на лестницу поросль из бока дерева. Я так и видела Хоба, тянущегося к развилке, рука по локоть в дупле – шарит в поисках чего-то.