Мейв Бинчи - Музыка дождя

Допустим, он сможет убедить ее сделать аборт, чтобы всем стало легче. Еще есть в запасе две недели. Но если не удастся, тогда он получит в ответ истерику. А если она оставит ребенка, от которого он хотел избавиться, то все будет еще хуже, чем он предполагал.

Допустим, он сможет попросить ее уехать, начать жизнь заново с новыми рекомендациями: Джой, уезжай из Лондона; Джой, начни новую жизнь с маленьким ребенком на руках, чтобы доставить удовольствие Фрэнку. Это было немыслимо.

Допустим, он попросит ее отдать ребенка ему. Допустим, они с Ренатой усыновят ребенка. Тогда ребенок унаследует миллионное состояние Палаццо. Тогда все будут довольны. Фрэнк и Рената уже побывали во многих приютах, но в сорок шесть он уже был слишком стар для усыновления. Кто бы мог подумать, что природа-матушка окажется такой поборницей бюрократии.

Но Джой решила, что оставит ребенка себе, потому что она хотела, чтобы рядом с ней был человек. Это она даже не станет обсуждать. Или не сейчас. Не стоит отказываться от этой идеи окончательно. Возможно, на последних месяцах беременности. Это было маловероятно, но не невозможно. Тогда он усыновит собственного ребенка. Это его устраивает. По правде, ему стоит сказать Ренате, но ее семье он не скажет.

Фрэнк тер лоб, смотрел на чашки в серванте и успокаивал Джой, говоря ей слова, которые все равно не будут иметь никакого значения, когда он откажется от них.

О недостойном поведении Джой на вечеринке не говорили. Фрэнка поздравили с тем, что он, как обычно, смог исправить ситуацию. Джой вернулась на работу со свежими мыслями и идеями. Не было больше попыток напиться. Не было и посиделок у камина.

Они встретились за обедом в новом году. Фрэнк сказал в присутствии других менеджеров, что магазину нужно было что-то новое. Они вместе с Джой Ист подумают над этим. Женщины всегда любят деловые обеды, да и он сам не откажется. Они пойдут в лучший ресторан, где их все равно увидят вместе.

Она пила диетический тоник, а он — томатный сок.

— Мы тратим деньги компании на дорогой обед, — сказала она, улыбаясь.

— Как ты мне тогда сказала, я сын пьяницы, поэтому я боюсь пить.

— Я действительно такое сказала? Я не помню всех вещей, что тогда наговорила. Поэтому ты не приезжаешь ко мне днем?

— Нет, не поэтому.

— А почему? Теперь уже опасаться нечего, это как потуже закрутить гайки… Мы можем получать наслаждение, — она снова улыбнулась, как та Джой, которую он знал раньше.

— Тебе это может навредить. Врачи говорят, что на этой стадии беременности общение нежелательно.

Она улыбнулась, радуясь тому, что он заботится о ней.

— Но ты же можешь приехать, чтобы поговорить со мной. Я тебя все время жду днем.

Это была правда. Она держала свое слово никогда ему не звонить. Никогда.

— Нам действительно надо поговорить, — сказал он.

— Так мы стараемся поговорить в ресторане, где нас все видят? Вон те женщины — это родственницы Нико Палаццо. Они глаз с нас не сводят.

— Нас будут видеть на публике до конца жизни, именно тут мы должны решить, как будем жить дальше. Если мы вернемся к тебе, то снова пойдем старым путем, когда больше ни о ком заботиться не надо было. — Он говорил спокойно, но она чувствовала напряжение.

— Не хочешь ли ты сказать, что тебе нужны свидетели, если я скажу тебе что-нибудь, что тебе придется не по душе?

— Не говори глупости, Джой.

— Нет, я не говорю глупости, просто ты пытаешься выпутаться, ты ведь до смерти напуган.

— Это не так, и прекрати улыбаться этой ненастоящей улыбкой. Так улыбаются клиентам и покупателям.

— А что настоящего в твоей улыбке, Фрэнк? Ты знаешь, что у тебя улыбается всегда только рот и никогда — глаза.

— Почему мы разговариваем в таком тоне? — спросил он.

— Потому что ты боишься. Я это чувствую, — сказала она.

— Что настроило тебя против меня? Разве я что-то сказал? — Он всплеснул руками от удивления.

— Тебе не надо делать передо мной эти итальянские жесты, я не Палаццо. Что ты сказал? Я скажу тебе, что ты сказал. Ты сказал, что мы должны сесть в общественном месте и принять решение, как будем жить дальше. Ты забыл, что я знаю тебя, Фрэнк, ты забыл, что мы оба знаем, что в первый раз с врагом надо встречаться на нейтральной территории, а не у себя дома и не у него. И ты это делаешь. Мы оба знаем, что если есть опасность ссоры, то нужно встретиться в общественном месте, там люди не устраивают сцен.

— Ты в порядке, Джой? Я серьезно.

— Не важно, пьяна или трезва, дома или нет. Я могу устроить истерику, если захочу.