Джей Дайс - Вашингтонская история

Бессознательным движением, словно стараясь успокоить, ободрить себя, Фейс провела рукой по длинным, до плеч, светло-русым волосам. Да, необходимо вернуть душевную бодрость, подумала она, и не только потому, что в розовой бумажке кроется зловещая угроза, но и потому, что каждая женщина, которой пренебрегают, неизбежно теряет уверенность в себе. Есть что-то глубоко оскорбительное в том, что Тэчер вот уже больше месяца не ищет близости с нею, — хотя это ее вполне устраивало. Но стоит ли женщине заботиться о своей наружности, если муж ясно дает понять, что больше не любит ее? Чэндлер окинул ее быстрым одобрительным взглядом, — это длилось одно мгновение, но она сразу почувствовала себя гораздо увереннее. И, надо сознаться, это немало способствовало ощущению, что теперь она в надежных руках.

Послышался резкий треск — это Тэчер включил электрическую бритву, потом противный монотонный стрекот, так непохожий на успокаивающее жужжание электрического вентилятора. Фейс вспомнила милую сценку из фильма «Королева Виктория»: юная наивная королева впервые видит, как бреется принц-консорт, и очарована этим.

…Вот бы поглядеть на принца с одной из этих механических, зудящих штук, которые так любит Тэчер! Фейс чуть не рассмеялась — так смешна ей показалась королева; впрочем, разве сегодня она сама не смотрела на Дейна Чэндлера таким же завороженным взглядом, как Виктория на принца-консорта? Вспомнив об этом, Фейс невольно покраснела. Встреча с Чэндлером подействовала на нее странно — с тех пор где-то в дальнем уголке ее сознания все время витали смутные надежды.

Любопытно, какую жену выбрал себе Дейн Чэндлер? Эта мимолетная мысль уколола ее и исчезла, оставив ощущение пустоты и глухую боль. Она постарается никогда не встречаться с его женой, если это удастся. Было бы невыносимо грустно видеть, что и его брак — ошибка. Лучше совсем ничего не знать.

А какая теплая волна взаимопонимания захлестывала их во время беседы, какой живой отклик находила в каждом из них мысль, высказанная другим!.. Сердца их бились в едином ритме. Внезапно Фейс охватила непонятная тоска, на глаза ее набежали слезы и медленно покатились по щекам.

Зуденье электрической бритвы смолкло. Вошел Тэчер в трусах и безрукавке с круглым воротом, держа бритву в руках. Он искоса взглянул на жену.

— Ты что плачешь? — спросил он.

— Не знаю.

Тэчер ничего не сказал и вдруг с необычной нежностью наклонился и поцеловал ее в затылок.

Фейс вытерла глаза бумажной салфеткой и пошла в ванную.

После холодного душа ей стало как будто легче, кожа ее порозовела и освежилась. Надев тонкую белую ночную сорочку, Фейс принялась собирать свои вещи, разбросанные по всей комнате. Ей пришлось приучить себя к этому, ибо Тэчер был помешан на аккуратности. А завтра утром, перед тем как идти на заседание комиссии, совсем уж ни к чему выслушивать едкие упреки по поводу неряшества. После целого дня утомительной, требующей строгой точности работы, бывает так приятно сознавать, что можно расшвырять чулки и белье как попало. Но и этого уже нельзя себе позволить…

Прибрав в спальне, Фейс пошла в детскую взглянуть на Джини. Девочка мирно спала. От нее чуть-чуть пахло парным молоком, как от грудного младенца. Фейс пригладила ее каштановые завитки, поцеловала влажный лобик, вздохнула и, вернувшись в спальню, легла на большую кровать с четырьмя точеными столбиками и белым муслиновым пологом.

Она сказала Тэчеру, что ляжет пораньше, потому что у нее болит голова. На самом же деле она была душевно разбита. Только сейчас, вытянувшись на кровати, она поняла, какого напряжения стоила ей вся эта история с розовой повесткой. Решив во что бы то ни стало заснуть, она упрямо не открывала глаз и долго считала про себя. Горячие простыни жгли ее, ночная сорочка липла к телу. Чтобы забыться, она представила себе бесконечный, разматывающийся шланг и тотчас рассмеялась: надо же было выбрать такой фрейдистский символ! В последнее время она часто видела сны с символическим значением: ей снилось, будто Тэчер бросается на нее с ножом или грозит дуэльным пистолетом, но ей ничуть не было страшно. А иногда, в полудремоте, она представляла себе, как снова встречается с лейтенантом норвежцем. Фейс попробовала сосредоточиться на этом и сейчас, но розовая повестка вторгалась во все ее мысли.

Нет, надо заставить себя не думать об этом нелепом вызове. Она боялась сказать Тэчеру о повестке, и это лишний раз убеждало ее, что пора решительно изменить их отношения… быть может, снова предложить Тэчеру развод. Возможно, на этот раз попытка будет более успешной.