Джоди Пиколт - Ангел для сестры

Я прижал пальцы к уголкам глаз. Наверное, я не высыпаюсь. Сначала тот эпизод в кафе, теперь это. Я сердито посмотрел на Судью, будто это была его вина, а потом попытался сосредоточиться на записях в своем блокноте. Новый клиент – торговец наркотиками, которого сняли на пленку во время сделки. Этот парень не имел никаких шансов выпутаться, разве что у него был брат-близнец, существование которого мать держала в тайне.

Хотя, если подумать…

Дверь открылась, и я, не поднимая головы, начал давать указания Керри.

– Посмотри, можно ли найти какие-то записи Дженни Джонса по делу о близнецах, которые не знали…

– Привет, Кемпбелл.

Я схожу с ума, я определенно схожу с ума. В нескольких шагах от меня стояла Джулия Романе, которую я не видел пятнадцать лет. Волосы у нее теперь были длиннее, около рта виднелись морщинки – следы слов, которых я не слышал.

– Джулия, – наконец смог выговорить я.

Она закрыла дверь, и от этого звука Судья вскочил.

– Я опекун-представитель, назначенный по делу Анны Фитцджеральд, – заявила она.

– Я слышал, ты поступила на юридический. Провиденс – небольшой город… Я все время надеялся… Я думал, мы встретимся раньше.

– Нетрудно избежать встреч, если захотеть, – ответилаона. – Кому как не тебе этого не знать.

Потом вдруг она успокоилась.

– Извини. Я не имела права так говорить.

– Прошло много времени, – сказал я. На самом деле мне хотелось расспросить ее, что она делала все эти годы. Любит ли еще чай с молоком и лимоном. Счастлива ли она.

– Твои волосы уже не розовые, – заметил я, чувствуя себя идиотом.

– Нет. А что, это плохо?

Я пожал плечами.

– Нет, просто… – Куда деваются слова, когда они так нужны? – Мне нравились розовые, – признался я.

– Розовый немного подрывает мой авторитет в зале суда, – объяснила Джулия.

Это развеселило меня.

– С каких это пор тебя волнует чужое мнение?

Она не ответила, но что-то изменилось. То ли температура в комнате, то ли отчуждение, появившееся в ее глазах.

– Может, вместо того чтобы ворошить прошлое, поговорим лучше об Анне? – дипломатично предложила она.

Я кивнул. Казалось, мы сидели на тесном сиденье автобуса и между нами занял место незнакомый человек, присутствие которого мы не хотели замечать. Поэтому разговаривали через его голову, бросая друг на друга незаметные взгляды, когда кто-то из нас отворачивался. Как я мог думать об Анне, если меня интересовало, просыпалась ли Джулия в чьих-то объятиях, думая на какое-то мгновение, что эти объятия мои?

Ощутив напряжение, Судья поднялся и встал рядом со мной. Джулия, похоже, только сейчас заметила, что мы в комнате не одни.

– Твой партнер?

– Только помощник, – ответил я. – Но он писал для «Юридического обозрения».

Ее пальцы почесали Судью за ухом – везучий скотина. Поморщившись, я попросил ее не делать этого.

– Это служебная собака. Его нельзя гладить.

Джулия удивленно посмотрела на меня. Однако прежде чем она успела что-либо спросить, я вернулся к нашему разговору.

– Итак, Анна.

Судья ткнулся носом в мою ладонь. Джулия скрестила на груди руки.

– Я виделась с ней.

– И?

– В тринадцать лет еще очень поддаешься влиянию родителей. А мать Анны, похоже, убеждена, что этого суда не будет. У меня сложилось впечатление, будто она хочет убедить в этом и Анну.

– Я об этом позабочусь, – сказал я.

Она недоверчиво глянула на меня.

– Как?

– Сделаю так, чтобы Сары Фитцджеральд не было в доме.

У нее округлились глаза.

– Ты шутишь, правда?

Судья уже начал тянуть меня за одежду. Когда я не отреагировал, он дважды залаял.

– Я уверен, что уезжать нужно ей, а не моей клиентке. Это не Анна нарушает указания судьи. Я возьму приказ о временном запрещении каких-либо контактов Сары Фитцджеральд с Анной.

– Кемпбелл! Это же ее мать!

– В течение этой недели она – адвокат противной стороны, и она оказывает давление на мою клиентку. Это необходимо пресечь.

– У твоей клиентки есть имя и возраст, и мир, который рушится вокруг нее. И ей меньше всего нужны еще какие-то изменения в жизни. Ты хоть потрудился узнать что-то о ней?

– Конечно, – солгал я, а Судья начал скулить у моих ног.

Джулия посмотрела на него.

– С твоей собакой что-то не так?

– С ним все в порядке. Послушай. Моя работа – защитить юридические права Анны и выиграть суд. Именно это я и собираюсь сделать.

– Конечно. И не потому, что это в интересах Анны… А потому, что это в твоих интересах. Какая ирония! Ребенок, который не хотел служить чьим-то интересам, выбрал именно твое имя в «Желтых страницах».