Бернар Кирини - Кровожадные сказки

Так продолжалось еще полгода. И вот однажды ночью Ренувье проснулся от очень громкого хлопка, похожего на выстрел. Его первая непроизвольная мысль была о взрыве газа: ему представился рухнувший дом, охваченная пламенем квартира; однако, включив лампу у изголовья, он убедился, что все в порядке. Ему даже показалась непривычной стоявшая в доме и на улице тишина.

Только наутро он понял, что в его ухе прозвучал выстрел в ее висок и что она, по всей вероятности, мертва. А он — зловещая ирония судьбы — от этого звука оглох; ненаглядная канула во тьму, забрав у Ренувье его дар, и ему отныне не суждено было больше никогда ничего услышать.

Благодаря Пьеру Гулду я открыл для себя множество непризнанных писателей, о которых составители антологий не имеют ни малейшего понятия. Пьер всегда питал особое пристрастие к литераторам «второго ряда» — неброским, эксцентричным авторам второстепенных произведений, забытым, чьим-нибудь ученикам, продолжателям вышедшего из моды направления, провинциалам, изгнанным, просвещенным любителям, тем, кто упустил свое время, и тем, кто наплевал на время, старомодным, оригиналам, скромникам, короче, ко всем тем, чьи книги в библиотеках стоят во втором ряду. Большинство неталантливы, у других дарования побольше, чем у отдельных знаменитостей, пользующихся незаслуженной посмертной славой. Все они умерли. Назову моих любимцев.

Энцо Транастани (1890–1939): этот итальянец опубликовал десять книг, и все носят названия музыкальных произведений. Первый роман, опубликованный в 1911 году в миланском журнале, назывался «Струнный квартет № 1»; потом он написал «Сонату для фортепьяно ми-мажор», «Симфонию № 1», «Симфонию № 2», «Мессу си-минор», «Струнный квартет № 2 для двух роялей», «Концерт для скрипки, фортепьяно и виолончели» и «Симфонию № 3». «Меня не читают, — говорил он. — Меня играют».

Адольф Морсо (1855–1940): недолго входил в группу «Клуб гидропатов», [7] «Клуб гидропатов» — объединение, которое создал поэт Эмиль Гудо. Первое заседание состоялось 11 октября 1878 г. в Париже, в кабачке «Ла Рив Гош». где общался с Шарлем Иро и Альфонсом Алле, [8] Альфонс Алле (1854–1905) — французский журналист, писатель и эксцентричный юморист, известный своим острым языком и абсурдными выходками, на четверть века предвосхитившими известные эпатажные выставки дадаистов и сюрреалистов 1910-х и 1920-х гг. приверженец и мастер «короткого формата», никогда не творивший на бумаге. Все его рассказы и повести (сколько их — неизвестно, ибо многие были утрачены) написаны на материалах, выбранных в строгом соответствии с сюжетом произведения: «Смерть пешехода» — на кожаном ботинке 46-го размера, «Любитель шоколадок» выгравирован на черенке десертной вилки, «По дороге на запад» нарисован на украденном на выезде из Парижа придорожном указателе, текст «Гейм, сет и матч» выжжен на раме деревянной ракетки. Пьер владеет одним из произведений Морсо, оно называется «Катрен уходящего времени» и высечено на крышке карманных часов. В конце 20-х годов Морсо уехал в Америку, там его поразила мания величия, он приступил к написанию большого романа на кабине двухмоторного бомбардировщика, но не закончил, насколько это известно литературоведам.

Малкольм и Кларенс Галто (1884–1945 и 1884–1955): эти англичане-близнецы родились в многодетной семье, все члены которой имели то или иное отношение к литературе. Братья написали в соавторстве несколько книг, пользовавшихся успехом у публики, но сегодня совершенно забытых. Манера их письма завораживала критиков: поскольку они всё делали вместе, понять, что вышло из-под пера Кларенса, а что написал Малкольм, оказывалось совершенно невозможно. Пьер знает наизусть много стихов из их сборника «Прощай, Северный Уэльс» и часто читает нам вслух, нимало не заботясь о том, что мы не понимаем ни слова по-английски.

Пьер-Александр Сковски (1919–1940): мать этого «раннего» во всех отношениях юноши была русской, отец — швейцарцем. В девять лет он сбежал из дома и четыре месяца бродяжничал по Европе, потом жандармы задержали его и препроводили под отчий кров. В тринадцать лет он увлекся биржевыми спекуляциями, заработал целое состояние и купил двадцать гектаров виноградников, которые — увы! — немедленно погубила филлоксера. В пятнадцать лет он уже был отцом двоих сыновей: первый умер сразу после рождения, убив свою мать, второй, отпрыск дамы бальзаковского возраста, родился без левой руки и был абсолютным идиотом. В шестнадцать лет Сковски составил автобиографию «Молодой человек, который торопится». За три года, с семнадцати до девятнадцати лет, он написал шесть романов, два из них — на русском, женился, развелся, провел полгода в тюрьме за мошенничество, перешел в католическую веру и лишился глаза, упав с лошади. В двадцать лет Пьер-Александр сжег все свои рукописи, написал их заново и снова сжег — уцелела только вторая версия «Молодого человека». Год спустя он пустил себе пулю в голову, нацарапав на краю стола предсмертную записку: «Я хорошо пожил; я старею. Я ухожу».