Дия Гарина - Темна египетская ночь

– Я работаю не на правительство, а на свою страну, – высокопарно заявил я и едва удержался от хохота. Капризы Фортуны всегда вызывали у меня приступы нервного веселья. А все объяснялось очень просто. Конечно, наш НИИ не «почтовый ящик», но полгода назад мы получили очень важный заказ. Сверху. И моя лаборатория вплотную занялась исследованиями, которые смогут обеспечить родной оборонке мировое первенство на ближайшие четверть века. У меня даже настроение поднялось. Приятно все-таки, когда Родина твоей судьбой интересуется. Даже если исключительно ради сохранения стратегических секретов…

Когда «ролс-ройс» притормозил возле здания из стекла и бетона в одном из престижных районов Каира (это я по количеству небоскребов определил), меня достаточно вежливо выгрузили на плавящийся под солнцем асфальт и завели в широкий напичканый зеленью холл.

– Здесь у меня что-то вроде маленького исследовательского центра, – пояснил Ашраф. – Иногда вложения в науку дают потрясающую прибыль. И как раз сейчас в разработке есть один проект, имеющий непосредственное отношение к вам, господин Семенов. Надеюсь, вы оцените его по достоинству. А теперь вас проведут в медицинский блок, где вы получите всю необходимую помощь. Будьте здоровы.

Хотя местным эскулапам далеко было до поднявшей меня на ноги Шахр Бану, но и они свое дело знали. Так что через какой-нибудь час я перемотанный бинтами, как революционный матрос пулеметными лентами, с рукой упакованной в гипс почивал сном младенца в медицинском боксе. И никакие звуки не тревожили моего тревожного сна. Еще бы! Дверь бокса была такой толщины, что можно ядерную войну пересидеть.

Не помню, что мне приснилось, но я буквально подскочил с кровати, пытаясь урезонить бухающее по сломанным ребрам сердце. В тот же миг дверь открылась, пропуская в бокс невозмутимого Ашрафа.

– Что значит здоровый и крепкий сон, – констатировал Ашраф, разглядывая меня как невольника на рынке. – Сейчас почти полночь. Вы проспали полтора суток, но результат впечатляет. Кстати, вам небезынтересно будет узнать, что я тоже времени зря не терял. Моя дочь, ее отчим и ваша жена уже здесь. И вам предстоит теплая дружеская встреча. Очень жаль, но мой племянник пока не может к нам присоединиться. Но это лишь вопрос времени. А теперь одевайтесь и следуйте за мной.

Повелительный тон миллионера и переминающиеся за его спиной секьюрити, отметали любые попытки возражения, и мне оставалось только подчиниться.

Я почему-то ожидал, что мы спустимся вниз, в какие-нибудь потайные лабиринты подвальных помещений. Но, очевидно, мой абонемент на блуждания по подземельям с лихвой исчерпался в гробнице Менепта. Скоростной лифт доставил нас на самый верхний этаж, и вскоре мы оказались в длинной по-спартански обставленной комнате, левая стена которой представляла собой одно грандиозное окно. Оно выходило на крышу небоскреба, о чем свидетельствовали, яркие звездные узоры на бархатно-угольном южном небе. Не успел я поинтересоваться у Ашрафа, занявшего кожаное кресло во главе длиннющего стола, где же обещанная теплая встреча, как дверь снова отворилась. Трое вооруженных охранников ввели в комнату испуганную Риту, осунувшегося Андрея и отрешенную от земной суеты Ольгу.

– Игорь! – глаза жены изумленно распахнулись, и их тут же заволокло слезами. Она бросилась ко мне и приникла так осторожно, и вместе с тем истово, что с моими глазами тоже что-то случилось.

А когда Андрей, встретившись со мной взглядом, облегченно перевел дух, до меня дошло, что Ашраф не соизволил проинформировать их о том, что я выжил. Сюрприз хотел сделать, что ли?

– Итак, все в сборе, – Ашраф сцепил руки в замок и облокотился на стол. – Не хватает, правда, бывшего шефа моей службы безопасности, но мы прекрасно обойдемся и без него. Тем более, что у моего племянника уже нет того, что мне нужно.

– А что вам нужно? – хмуро спросил я, испытывая смутную тревогу.

– Ну, во-первых, мне нужна моя дочь. И, хвала аллаху, она сейчас со мной. А во-вторых…

Египтянин открыл ящик стола и один за другим выложил на стол три хорошо знакомых нам предмета. Украшенный кроваво-красными камнями обруч, ожерелье-воротник и небольшой кинжал, сделанный в форме копеша, мягко засеребрились на черном пластике. И, глядя на вспыхнувшие в ответ глаза Ашрафа, я догадался.

– Вы – Сетх?!

– Вам все же следовало бы стать частным детективом, господин Семенов. Ваша проницательность впечатляет, – рассмеялся довольный Ашраф. – Я действительно – Сетх. Бедняга Карим даже не догадывался, кому собирался продать эти сокровища. Но что не делается – все к лучшему. Теперь мне не придется тратить три обещанные миллиона.