Фэй Уэлдон - Расщепление. Беда

— Я бы хоть завтра женился на Анетте, если бы не был уже женат, — заявил Хамфри. — Мне все в ней нравится, включая живот.

— Потому что быть мужем Анетты значит жить на Белла-Крезент, — разоблачила его Элинор. — А это главная мечта твоей жизни. Ты говоришь, что это моя мечта, но все знают, что твоя.

— Сначала Хамфу придется выселить меня, — вмешался Спайсер. — А я выеду из этого дома только ногами вперед. Так что, боюсь, речь идет о заранее спланированном убийстве.

— Сегодня утром я опять погадала на вас, Анетта, — сказала Марион. — И вот вам компьютерная распечатка. С днем рождения! Теперь существует программа гадания по картам Таро. Она сама выбирает на вас карты. Юнгианский синхронизм. Советую прочесть «Введение» великого Карла Густава к «Книге Перемен». Все на свете — один поток, общие приливы и отливы. Правильно я говорю, Спайсер? Вам выпали прекрасные карты, Анетта. Смерть вверх ногами. Это означает новую жизнь, новые надежды, новое рождение.

— А я раздобыл для Анетты еще парочку приглашений на телепередачи, — сказал Эрни. — И на интервью для «Гардиан». Похоже, что ее книга вызовет основательный шум даже и без помощи Опры Уинфрей.

— Я не уверена, что самочувствие позволит мне принять во всем этом участие, — отозвалась Анетта. — Я тогда тебе скажу, как буду себя чувствовать.

— Самочувствие ей, безусловно, не позволит, — сказал Спайсер. — А вот и омары. Я заказал на всех, с учетом, что сегодня будний рабочий день и нам всем надо будет вернуться на работу, кроме, разумеется, именинницы, которая может спать весь день и часто именно так и поступает. У нас с Анеттой сегодня большой праздник, правда, дорогая? И вот мои подарки тебе на день рождения, Анетта, с пожеланиями счастья от самого, самого, самого сердца, по подарку на каждое пожелание счастья. Анетта, свет моей жизни, моя единственная любовь!

— Спасибо, Спайсер. Замечательная речь, — похвалила Анетта.

— Разверни прямо сейчас, — попросил Спайсер. — А то, когда начнем раскалывать клешни, можно все перемазать.

— Какие хорошенькие пакетики, — сказала Марион. — Интересно, что в них? Пять красиво завернутых плоских колечек. А что это на бумаге изображено, мандалы?

— Мандалы, Марион? — изумился Эрни. — Чего только не знает эта женщина! Марион — оккультистка. Устроила у себя над кроватью пирамиду, чтобы сфокусировать энергию. Но ее интересует только энергия снов, больше ничего.

— Секс — это пустая трата времени, Эрни, — сказала Марион. — Преграда между душой и ее видениями.

— Браслеты для запястий и обручи на локти! — восхитилась Элинор. — И все из цельного золота, Спайсер? Какой щедрый подарок. А еще недавно ты толковал про некомплектные бутылки и разорение.

— Я съездил сегодня на Бонд-стрит и купил все это, — сказал Спайсер. — Между двумя совещаниями. Хотелось подобрать для Анетты в этот особенный день что-то особенное, специально для нее.

— А для чего еще золотая цепочка, Спайсер? — спросила Элинор.

— Это застегивается на лодыжке, — объяснила Марион. — Вот прелесть!

— Спайсер, какой великолепный подарок и какое внимание! — восхитилась Анетта. — Как раз то, чего мне хотелось. От браслетов я просто без ума. А цепочке придется подождать до после родов, у меня вон как отекли лодыжки, взгляните. И мне сейчас не надеть ее на ногу, тем более не снять — я не в состоянии наклониться. А браслеты могу примерить, они в самый раз.

— Детские ручонки, — сказал Спайсер. — Как я их люблю. Дай-ка я тебе надену. Не жмет?

— Нет. Плотно, хорошо.

— Теперь вы похожи на настоящую индианку, кроткую и послушную, — высказалась Марион. — А не на современную ученую даму с безумными очами. Эрни, ты купишь мне такие браслеты?

— Нет, не куплю, — ответил Эрни. — Я подарю тебе антиоккультных книг, чтобы ты научилась шевелить мозгами.

— Теперь я, куда ни пойду, буду брякать и звенеть, — сказала Анетта. — И под эти звуки буду думать о тебе, Спайсер. Спасибо, мой милый муж, я очень счастлива.

— Ешь своего омара, — распорядился Спайсер.

— Г ильда?

— Привет, Анетта, — отозвалась Гильда. — Я принимаю ванну. Слышишь плеск? У меня теперь в ванной телефон. Стив мне купил, чтобы нам с тобой было удобнее разговаривать. Он о тебе беспокоится. Я теперь могу лежать в теплой воде, это меня так приятно расслабляет, и смотреть, как по животу пробегают волны, а если начнутся схватки, сразу позвонить Стиву. О, о, вот опять! Толкнет, выпятится, и снова гладко. Может, локоть, а может, ножка, некоторые могут определить, но я нет. В клинике говорят, мой малыш родится в срок. Ты опять не была на предродовых занятиях. Мне нравится быть беременной, вот уж не думала! Беспомощность — это такое чувственное удовольствие. А от родов я ничего хорошего не жду, у меня предчувствие, что я умру родами. Как прошел обед по случаю примирения?