Джон Кинг - Белое отребье

Следуя в определенном направлении, мистер Джеффрис старался выдерживать успокаивающий ритм. Его ноги двигались легко, а дыхание было ровным. В следующие несколько минут обнажится практический аспект его работы, будет ясна причина его присутствия в больнице. Этот акт придаст его жизни более глубинное значение. Это возможность истинно служить обществу, изменять мир к лучшему, и если бы он не был честен, он был бы никем, он знал все о первобытных инстинктах, прячущихся в душе каждого человека, даже таких образованных и чувствительных людей, как он сам. Мистер Джеффрис был экспертом в вопросе контроля эмоций, но даже после стольких лет присутствовала толика возбуждения. Конечно, это акт восстановления равновесия. Энергия должна быть перенаправлена в нужное русло, конечный результат скажет все. Профессионализм – это существенный фактор, и он был горд своим умением проводить самые ответственные моменты своей работы. Здесь не было места для ошибок, и он не совершил ни одной. Его успех был заработан тяжким трудом, он потерял бы все, если бы хоть раз ошибся.

Как всегда, стены коридоров были пусты и безлики. Случайно он замечал доски с официальными объявлениями, плакаты и брошюры, затем рисунки и картины, ни один из них не стоил его секундного взгляда. Эти листы бумаги, затерявшиеся на штукатурке, были похожи на окна окружающих домов, слившихся с асфальтом. Он ехал, созерцая местные дороги, и эта убогость еще больше подчеркивала важность его работы, коридоры больницы и улицы города как в зеркальном отражении повторяли друг друга. Все брошено гнить и истлевать, проведение необходимых мер игнорировалось, потому что это слишком больно или требует некоего усилия. Слишком много людей сидели вокруг, как на церковной службе, и замедляли приход неизбежного. Нужно было делать выбор и принимать решительные действия, не имеет значения, что эти решительные действия было трудно воплотить, что этот труд покрыт кружевом сожаления. Он был реалистом и верил в это всем сердцем. Он не смог бы продолжать, если бы не верил.

Мистер Джеффрис заметил грязное пятно, появившееся на носке его правого ботинка. Несмотря на важность своей задачи, он не смог не остановиться, наклонился вниз, чтобы рассмотреть пятно. Потер его, но немного все же оставалось. Казалось, это смесь краски и штукатурки. Он испачкал пальцы. За углом находился туалет, и Джеффрис решил быстро зайти туда. У него было время. Там он отмотал туалетной бумаги, затем снова потер пятно. Грязь исчезла. Пока он мыл руки, туалетный запах ударил в ноздри. Жидкое мыло находилось в диспенсере, и ему нужно было нажать на кнопку. Мысль о микробах, находящихся на поверхности кнопки, вывела мистера Джеффриса из душевного равновесия. Он наполнил ладони гелем, убедился, что его руки чисты, и вытер их полотенцем, проигнорировав сушилку для рук, поскольку он не хотел включать ее и снова пачкаться. Он вообразил комнату, по которой ползают микробы и инфекционные палочки. Почему, ну почему эти люди не могут жить так, как живет он? Запах в туалете был омерзительным, и он не отважился заглянуть внутрь кабинок. Так жить постыдно. Не требует больших усилий чистить чертов туалет раз в день. Он понял, что позволил себе отвлечься. Начал глубоко дышать, покинул туалет и продолжил свой путь. Ботинки снова без единого пятнышка. Вскоре он почувствовал облегчение. Повернул направо мимо отделения патологии, затем налево, снова вернувшись в свой привычный ритм. Время на его стороне, и он был уверен в себе. Иначе он бы не останавливался.

Когда мистер Джеффрис вошел в палату, там было тихо. Мягкое вращение вентилятора было единственным звуком. Он насладился моментом. Затишье перед бурей, за исключением того, что бури не будет. Никаких потрясений. Он услышал отдаленный храп человека, видимо, мечтающего о красоте, и невинности, и выигрыше в Национальной лотерее. Он улыбнулся этой мысли. Пожелал игроку удачи. Звук вентилятора слегка усилился. Теперь он был в центре машины. Как раз в самом сердце. Это понимание длилось несколько секунд, не больше, и он двинулся вперед, к нужной секции, которая была только в футе от него. Осмотрел четверых спящих мужчин. Двоим дали снотворные таблетки, третий и так принял много успокоительного. Четвертый мужчина был очень болен, он находился рядом с выходом, через который и проник в палату мистер Джеффрис. Место для пациента подбиралось специально в соответствии с его соседями, их состоянием здоровья, неважно, были ли они в сознании или нет. Положение его сегодняшнего клиента также было существенно. Секция позади разделенной палаты.