Жун Цзян - Волчий тотем

Чень Чжэнь надел дублёнку и вышел наружу посмотреть на Эрланя, тот в это время около овчарни дожёвывал мёртвого ягнёнка, с которого содрали шкуру. Весной через три-пять дней после рождения всегда бывает несколько заболевших, замёрзших или умерших от голода ягнят, и ими хорошо кормить собак, в степи собаки едят только мёртвых ягнят с ободранной шкурой и никогда им не дают живых. Но Чень Чжэнь обнаружил, что Эрлань, поедая мёртвого ягнёнка, одновременно смотрит на овчарню на живых ягнят. Чень Чжэнь окликнул его, но он, не поднимая головы, лежал на земле и продолжал есть, только тихонько вильнул хвостом. А Хуанхуан и Илэ уже раньше подбежали и прыгали, ставя лапы на плечи Чень Чжэня. Ян Кэ с товарищами забинтовали раны Эрланя, но ему уже надоели бинты, и он старался их снять зубами и языком зализывать раны. Судя по его виду, его хоть сейчас можно было снова брать с собой в горы.

Попив утреннего чая и поев мяса, Чень Чжэнь снова пошёл попросить соседа-чабана попасти вместо них овец. Гао Цзяньчжун, увидев, что Чень Чжэнь и Ян Кэ как будто хотят пойти за волчатами, захотел получить такое же удовольствие и тоже пошёл просить сына соседа попасти за него один день коров. В степи Элунь вытащить волчат из логова считалось почётным делом.

Итак, четверо людей, взяв инструмент, припасы еды и двух собак, направились в сторону гор Чёрных камней. Весна в этом году была холодной, в самом начале было много снега. Потом прошло четыре-пять дней, и солнечные лучи наконец прорвались сквозь толстый слой туч, мрачная степь наконец позволила пастухам получить немного тепла, а стебли травы под снегом постепенно пожелтели, как лук-порей зимней выгонки, когда с него сняли покрывало. Зелёного хлорофилла там ни капли не было, и даже овцам трава не нравилась. Даоэрцзи посмотрел на как будто рваные облака и с радостью на лице сказал:

— В эти дни погода была холодной, и у волков в животах пусто. Вчера ночью собаки в лагере лаяли очень яростно, наверное, появилась большая волчья стая.

Люди прошли по следам, оставленным день назад двумя товарищами, за два часа, добрались до оврага с колючим кустарником, железная лопата всё ещё торчала у входа в нору, на ровной площадке около норы было несколько свежих волчьих следов, но камни и земля, которыми был завален вход, были не тронуты. Видимо, волчица, увидев лопату у входа, испугалась и убежала. Собаки, как только достигли входа в нору, сразу оживились, наклонив головы, везде нюхали, искали. Эрлань особенно нервничал, в его глазах зажёгся огонёк мщения. Чень Чжэнь высунул руки и показав на склон поблизости, крикнул два раза: «Вперёд! Вперёд!». Собаки сразу же рассредоточились по двум направлениям, каждая, нюхая следы, начала индивидуальный поиск. Люди подошли теперь к другому входу в нору, около него тоже были свежие волчьи следы, камни и земля, завалившие вход, были нетронуты. Даоэрцзи сказал остальным ещё по отдельности походить поискать третий вход в нору, друзья ещё не сделали и двух кругов, как услышали, как из-за северного склона доносится громкий лай Эрланя и Хуанхуана. Люди уже перестали обращать внимание на всё остальное, Чень Чжэнь быстро вытащил воткнутую лопату, и все вместе побежали к северному склону.

Как только достигли вершины склона, они увидели, как собаки внизу склона бешено лают, а Эрлань ещё одновременно роет землю, Хуанхуан тоже пытается помогать Эрланю копать, при этом земля летит во все стороны. Даоэрцзи громко закричал:

— Нашли волчат!

— Четверо товарищей в радостном возбуждении, не обращая внимания на беспорядочно лежащие камни, мешающиеся под копытами, быстро рванули к собакам. Они кубарем скатились с лошадей, собаки продолжали рыть землю, Эрлань даже иногда пытался просунуть свою морду туда, где копал, и яростно выхватывал пастью оттуда какие-то куски. Чень Чжэнь подошёл к Эрланю, обхватил его руками и выдернул оттуда. Однако представшая перед ним картина привела его в уныние: на ровной поверхности земли был только маленький ход диаметром около тридцати сантиметров, намного меньше раньше виденных им волчьих нор. Перед входом также не было ровной площадки, а была только скользкая почва, рыхлая и рассеянная на оставшемся снегу, две собаки уже растоптали эту горку насыпанной почвы.

Гао Цзяньчжун как посмотрел, так, скривив рот, сказал:

— Да где же здесь волчья нора, самое большее, это норка зайца, если не байбака.

Даоэрцзи поспешно возразил:

— Посмотри, эта нора свежевырытая, земля точно недавно набросана, наверняка волчица перенесла волчат в эту нору.