Джо Брэнд - Точки над «i»

Они приехали в Комедийную Лавку около одиннадцати. Выступление начиналось в двенадцать. Ромашке удалось провести Чарли, Марту, Теда, Сару и Билли в клуб бесплатно.

Она чувствовала себя очень странно и спросила у Чарли:

– А ты уверен, что с этой таблеткой все в порядке?

– Конечно, – ответил Чарли, у которого было полно приятелей-барыг во всех сквотах страны. – Скорее всего, это от тех четырех банок пива, что ты выпила дома.

– Наверное, это будет ужасно, – сказала Ромашка, чувствуя при этом странное возбуждение и восторг. Она была здорово под кайфом, и ей казалось, что наконец-то она всем покажет, как выступают настоящие комики.

Собравшиеся в клубе люди были так же возбуждены, и некоторые успели здорово надраться, в то время как ветераны сцены, выступавшие здесь много раз, спокойно сидели в гримерке в ожидании еще одной рабочей ночи, хотя, надо сказать, нервозность Ромашки передалась и им.

В качестве конферансье выступал Эдриан Моул (и это был не герой книжки – имя настоящее), приятный и неуклюжий программист из Линкольншира, которого здесь все любили. В какой-то момент Ромашка осталась в гримерке наедине с Диком Мудвином. Они не виделись с того самого выступления в колледже, после которого она приобрела пистолет.

– Возьми ствол с собой, – предложил он, – и пригрози, если кто-нибудь будет тебя высмеивать.

– Я не взяла его, – ответила она. Дик ей не поверил.

По гримерке нервно расхаживал австралийский комик Пэт Денни, прикидывая, стоит ли ему шутить на тему того, что австралийские женщины похожи на лошадиные задницы. Здесь, в Лондоне, он чувствовал себя в безопасности, но в Австралии его преследовала маленькая группка студенток-феминисток, превращая жизнь в кошмар, скандируя на каждом его выступлении «Насильник!», что, конечно же, не способствовало поднятию его рейтинга.

Подошел и Джейк Ашкенази; вид у него был немного заискивающий после его высказывания о том, что Ромашка продалась, выступая в большом клубе. Еще один комик, выброшенный на обочину. Ему предложили выступить в клубе, и он снова тешил себя глупой надеждой. Только дуэт «Идиоты» резался в карты и пил пиво.

Эдриан вышел на сцену немного успокоить публику. В тот вечер в клубе было несколько групп «белых воротничков» из Сити, чьей основной задачей было поглощение алкоголя в смертельных для человека количествах, туристов (тоже не трезвенников) и множество компаний друзей со всего города

Ромашка шла последней, и ей нужно было ждать два часа. Она смотрела, как выступают другие, по маленькому монитору в гримерке.

В это же самое время у Марты, Теда, Сары и Билли разговор не клеился вовсе. Тед и Билли задирали друг друга, потому что Тед каким-то образом учуял, что у Марты с Билли что-то было, и ему это совсем не нравилось. Марта чувствовала, как эластичная петля материнства пытается катапультировать ее обратно к Джону, но приказывала себе быть сильной, чтобы дать поддержку подруге в первом большом выступлении. Она тоже почувствовала неладное и хотела спросить Ромашку насчет пистолета, но передумала, потому что та была на взводе и могла повести себя непредсказуемо. Посмотрев на красавчика Билли и переведя взгляд на лошадиное лицо Теда, она порадовалась, что была с Тедом. Еще она с радостью думала о том дне, когда Преподобный Брайан узнает, что Тед является владельцем стрип-клуба, предвидя реакцию Преподобного, которая наверняка будет ядерной, особенно если к тому времени Тед уже будет ее мужем.

Конферансье Эдриан объявил Джейка Ашкенази следующим номером и выжидающе смотрел на дверь гримерки.

– Джейк Ашкенази! – повторил он с легкой паникой в голосе.

– Кажется, бедняга обделался, – прокомментировал Тед, после чего разговор за их столиком возобновился. Марте очень хотелось позвонить Мэри и Дереку и узнать, все ли в порядке с Джоном, но Тед ее отговорил – он прекрасно проводил время. Ему повезло – именно в этот момент Джон орал во всю глотку и сблевал особенно вонючей струей на велюровый джемпер Дерека. Он отказывался от бутылочки, и Мэри с Дереком, отдельно друг от друга, одновременно пришли к выводу, что беременность Мэри, возможно, была большой ошибкой.

Сара и Чарли нервничали, каждый по разным причинам, в отличие от Билли, который был счастлив, потому что Сара наконец вернулась к нему. Его желание изменить себя стало сильнее, и он был готов сделать ей предложение.

После бегства Джейка Ашкенази управляющий клуба попросил оставшихся комиков продлить свои выступления, пока он не найдет среди присутствующих кого-нибудь, кто мог бы выступить вместо него.