Шон Макбрайд - Зелень. Трава. Благодать.

— Рональд, поосторожнее там со своей штуковиной, — предупреждает его миссис Дивайни, которая, наверное, отращивает себе груди, чтобы те свисали как можно ниже — в качестве логического продолжения ее сморщенного, как чернослив, лица. — Мало тебе высаженного стекла на прошлой неделе?

— Потише там, пока суда не было, не стоит об этом распространяться. К тому же мой магазин — моя пушка. Если кому что не нравится — пусть пойдет постучится лбом об стенку, — кричит он ей в ответ, размахивая пушкой у нас над головами и тыча ею в сторону двери. Мы пригибаемся. Затем он снова опускает ствол — мы выпрямляемся — и начинает перелистывать им страницы каталога «Нотр-Дам».

Гарри прочищает горло:

— Мы пришли за кольцом.

— Нотр-Дам, — говорит мистер Дивайни, по-прежнему глядя в каталог и пропуская мимо ушей реплику Гарри. — Неистовые «Ирландцы». А вы ребята, болеете за «Ирландцев»? — спрашивает он, опять наводя на нас свою пушку.

— Конечно, черт возьми, — говорю я.

— Еще бы, — говорит Бобби Джеймс.

— Спросили тоже, — соглашается Арчи.

— За кого же еще, черт побери, — говорит Гарри.

— Ладно, — подозрительно щурясь, говорит мистер Дивайни. — Джудит, почему ящик все еще включен? Мой ролик давно прошел. Поставь пластинку.

Миссис Дивайни бросается к стереофонии. Магазин наполняется звуками божественной музыки.

— «The Four Freshmen», — замечаю я. — Вы любите Бич Бойз, мистер Дивайни?

— Эти твои пидоры Бич Бойз были левыми хипстерами и пели про всякую коммунистическую дрянь вроде серфинга и прочего, — говорит он. — Серфинг придумал Фидель Кастро специально, чтобы заманить наших ребят в воду и там их всех повзрывать, перед тем как высадить к нам десант, урод бородатый. Фидель Кастро. Я б ему сам, лично глотку за это перерезал. Так, и какого черта вас принесло ко мне в магазин? Мы тут жвачками со вкладышами не торгуем.

Гарри вытаскивает из кармана сотку. Игла скребет по пластинке. Мистер Дивайни откладывает пушку в сторону. Его жена тут же приносит нам на подносе чай со льдом и кексы.

— А, теперь да, вспомнил, — говорит он. — На прошлой неделе ты заказал мне кольцо. Вроде как папочка решил сделать мамочке подарок, так? Интересно, куда он девал старое: не иначе в нужник отправил? — и давай укатываться так, как будто никто никогда еще шутки лучше этой не выдумал. — Она ни за что не догадается, что это на самом деле обычный цирконий. Что у нас там — кольцо готово, Джоан?

— Уже несу, Рональд, — отзывается она и приносит вместо моего кольца какой-то кусок дерьма.

— Это не то, которое я просил, — заявляю я.

— Что? — переспрашивает он. — Ты же, кажется, выбрал элитное кольцо из чистейшего циркония за сто баксов.

— Я выбрал вон то, а не это, — говорю я, указывая на кольцо для Мэган, кольцо Стивена, мое кольцо, кольцо для Грейс, которое по-прежнему лежит на прилавке под стеклом.

— Да оно в точности такое же, только то уже надеванное, а это — нет. Нарываешься на проблемы? Или пошутить со мной вздумал? — спрашивает он, а сам большим пальцем поглаживает под прилавком свою пушку.

— Ни хрена я не нарываюсь, — говорю я. — Мне нужно вон то кольцо. Дайте мне его, и не будет ни у кого никаких проблем.

— Ладно, — говорит он. — Но скидки за то, что его уже брали, не получишь.

— Пойдет, — соглашаюсь я, глядя прямо ему в глаза: я сейчас не в том настроении, чтоб с ним базарить.

— Джудит, это положи на место и принеси то, другое, — говорит он.

Она забирает дебильное кольцо, приносит вместо него то, которое нужно, и кладет его на свободный прилавок. Мы все пододвигаемся ближе. Коробочка у нее в руках со щелчком распахивается. Кольцо с коричневым камнем в желтой оправе сияет ярче всех лежащих внизу под стеклом дорогих безделушек вместе взятых.

— Можно мне подержать? — спрашиваю я.

— Только с согласия твоего дружка, у которого наличность, — говорит мистер Дивайни.

— Давай, Генри, — говорит Гарри. — Оно тебе нравится?

Я гляжу на кольцо и не могу оторваться. Любовь переполняет меня до краев, и я ничего не могу сказать ему в ответ.

— Сделано из высококачественного циркония, — балаболит мистер Дивайни. — Барахла я не толкаю с 1981 года, когда было следствие. Таким колечком можно запросто стекло разрезать — и ограбишь любой ювелирный, но только не мой, потому что я тебе сперва башку разнесу. К кольцу прилагается десятидневная гарантия, обеспечивающая защиту прав потребителя.

Я мысленно выключаю его болтовню у себя в голове, потому что мне по хрену все, что он скажет. Вот передо мной лежит кольцо, которое я надену на палец Грейс как залог моей любви. Вот кольцо, которое Стивен вернул обратно в магазин, когда погибла его девушка. Вот кольцо, которое я буду держать в руке после того, как спою ту самую песню, которую когда-то Фрэнсис Младший пел Сесилии в знак их любви. Когда я перестану петь, Стивен снова будет счастлив, а родители снова полюбят друг друга. И всем сразу станет жить лучше: и Сес, и Фрэнни, и Грейс, и мне. Сегодня вечером я предложу им все это с пожизненной гарантией. И срать я хотел на эту десятидневную байду.