Шон Макбрайд - Зелень. Трава. Благодать.

— Верно, — замечает Грейс, — всего-то и надо завести настоящие инструменты и научиться на них играть.

Миссис Макклейн садится рядом с Бобби Джеймсом, берет пустую банку, удивленно встряхивает, а тот снова рыгает. Мы с Грейс прыскаем. Гарри хватается за грудь, точно какая-нибудь старушенция с четками на утренней мессе. Миссис Макклейн отправляется на кухню за следующей.

— Грейс, а какими средствами для волос ты пользуешься? — спрашиваю я, глядя на ее волосы.

— Шампунем. Я пользуюсь шампунем, Хэнк, — говорит она мне.

— Но каким? И насколько часто? А гель или спрей употребляешь?

— Чувак, я просто мою волосы шампунем, а потом ополаскиваю водой, — заявляет она.

— А эту туфту с травами пробовала когда-нибудь? У тебя концы секутся здесь и вот здесь, — указываю я Зеленухычем, не касаясь ее волос. Пока рановато знакомить ее с Зеленухычем. Мои волосы — моя расческа. Плюс я нигде не вижу секущихся концов. Мне просто хочется подвинуться поближе и понюхать ее.

— Концы секутся? — переспрашивает Грейс с деланным интересом. — Ты это серьезно? Смотри, Хэнк, что это у тебя тут, вши? — спрашивает она и тут же берет меня в захват за голову и с силой проводит по ней суставами пальцев. Мое лицо при этом прижимается к ее маленьким сиськам, и я вижу, как струйки воды скользят у нее по бедрам. Господь Всемогущий, Господь Всемилостивый. Грейс поворачивает меня кругом и забирается ко мне на спину. О боже. Гарри с Бобби Джеймсом лыбятся, но тут возвращается миссис Макклейн со свежей порцией пива.

— Грейс, ты чего? Ну-ка слезай с него и марш наверх одеваться, — кричит она перед тем, как протянуть Бобби Джеймсу банку пива со словами: — Подержи-ка. Я спущусь в подвал.

— Ладно, мам, спокойно, — отвечает ей Грейс, спрыгивая с меня, и бежит к лестнице. Бога нет. — Хэнк, какие у твоих девочек планы на сегодня?

— Кататься на великах, — отвечаю я. — Марджи Мерфи тоже с нами. Пойдешь?

— Только если снимете с ваших великов цветочные корзинки, — говорит она на полдороге наверх.

— Какие корзинки? Ну ладно, — фыркает Бобби Джеймс. — У меня пятискоростной с переключением, — сообщает он ей вслед. Затем, рыгая, плющит об лоб банку из-под пива, содержимое которой он только что выглохтал.

Возвращается миссис Макклейн, ставит на край стола лампу без абажура и забирает у Бобби Джеймса смятую банку.

— Надо бы притормозить, — бормочет она, направляясь в сторону кухни.

— Меня что-то с пива на поесть потянуло, Генри, — говорит Бобби Джеймс. — Прежде чем мы поедем или побежим исполнять твои поручения, мне необходим «геройский сэндвич» с ветчиной. Грейс, поди принеси мне еще пива.

— Сможешь побить меня — тогда принесу, — пугает она.

— Ладно, забудь. Пойдемте, ребята, — с испуганной ноткой в голосе предлагает Бобби.

Грейс смеется.

— Подожди, трусишка. Будет тебе пиво. Хэнк, смотри. А вот и я.

Она забирается на самый верх лестницы. Я подхожу к подножию. Она съезжает по перилам и приземляется ко мне на руки.

— По каким это поручениям ты собрался бежать, Хэнк?

— Да ничего особенного, — говорю я. — Так, то да се в связи с нашей свадьбой.

Мы падаем. Грейс смеется, оказавшись на мне верхом. Ее мокрые волосы облепляют мое лицо. Я вижу лик Господа и все прочее, и настолько в шоке, что у меня даже не встает. Может, я умер от удара головой об пол и уже в раю? Здорово, если так!

— Нашей свадьбой? — спрашивает она, улыбаясь и глядя мне прямо в глаза.

— Я сказал нашей ? Я имел в виду Эйса и Джинни, — говорю я ей.

— Нам с тобой пожениться. Это будет что-то с чем-то, — смеется она, потом залепляет мне две пощечины и встает, оставляя меня лежать на полу наедине с огромной вселенной, где Бога нет и в помине. А она тем временем пошла добывать Бобби Джеймсу пиво.

— Угощайтесь, мисс Джеймс, — говорит Грейс, уже успевшая вернуться из кухни с сигаретой во рту, и пихает ему банку за пазуху.

— Черт, холодная, — взвизгивает он. — А у твоей мамы есть еще одна такая синяя штука?

— Нет, — отвечает Грейс. — Выметайся.

— Ладно, — говорит Бобби. — Пиво у меня. Валим отсюда, парни.

— Подожди секунду, — говорю я. — Перед тем как уйти, могу я попросить тебя об одном одолжении, Грейс?

— Все что угодно, Хэнк. Я слушаю.

— Ты можешь еще раз съехать по перилам?

— Конечно, могу.

Ее улыбка — и за тысячи миль отсюда огромные, словно горы, ледники начинают таять, как кубики льда на раскаленной сковородке. Она сдувает пепел с сигареты и щелчком отправляет ее в сторону Гарри, который стоит в двери и ни туда, ни сюда. Не сводя с меня глаз, Грейс поднимается вверх по ступенькам и съезжает вниз. А внизу я закрываю глаза и раскрываю объятья. Шарах. И мы снова на полу, она сверху, ее мокрые волосы на моем лице, и Всемилостивый Господь между нами. И вся вселенная Его благоухает кокосовым шампунем.