Майкл Корда - Бессмертные

Мэрилин видела, что Ив желает ее, несмотря на свою симпатию и привязанность к Артуру. Похоже, даже во Франции порядочные люди считают неприличным ложиться в постель с женами своих лучших друзей, а Ив представлял собой французский вариант порядочного человека.

Поэтому Мэрилин и Ив все время старались сохранять дружескую дистанцию. Она и Симона вместе ходили по магазинам, вместе укладывали волосы, примеряли одежду друг друга, разгуливая по смежным апартаментам в неглиже (а Мэрилин и вообще нагая), — словом, жили как одна большая счастливая семья.

Она плакала, когда Симоне присудили “Оскар”, но это оказалось сущим пустяком по сравнению с тем, что Джек в третий раз отложил свою поездку в Лос-Анджелес. Услышав об этом, Мэрилин просто захлебнулась от рыданий. Она понимала, что у него на то есть причины, — он считал, что Калифорния уже у него в кармане, а вот в восточной части страны пока еще не все поддерживали его. Но она почувствовала себя отвергнутой и восприняла его отказ гораздо тяжелее, чем можно было предположить. И все-таки она еще старалась сдержать свой порыв.

Вскоре Симоне пришлось вернуться в Париж, чтобы начать съемки в новом фильме, а Артур решил лететь в Ирландию, где они с Джоном Хьюстоном намеревались выработать окончательный вариант сценария фильма “Неприкаянные”, оставляя ее, как он выразился, “в руках Ива”. Мало найдется мужей, которые так слепо полагались бы на верность своих жен. И Мэрилин наконец сдалась.

Складывается впечатление, думала она, будто Артур сам хочет , чтобы она завела роман с Ивом. А может, он уже настолько отдалился от нее, что даже не задумывался о ее чувствах, и поэтому не замечал столь явного влечения, которое она и Ив испытывают друг к другу. И все же, оставшись вдвоем в своих смежных бунгало, они не сразу бросились в объятия друг к другу. Это случилось после приема, который устроил у себя дома Дэйвид Селзник. На ужин Мэрилин и Ив явились вместе, держась за руки, чем вызвали изумление на лицах всех присутствующих. Не удивился только Байрон Хольцер, известный в Голливуде холостяк и донжуан, блестящий адвокат, которому не было равных в умении отстаивать интересы своих клиентов. По многим причинам Мэрилин не была е ним в дружеских отношениях. Она случайно услышала, как он сказал кому-то из гостей, что Джо Шенк умирает, уже находится в коматозном состоянии.

При этом известии все в ней перевернулось; она чувствовала себя виноватой. Она знала, что Джо серьезно болен, но каждый раз находила тысячи причин, чтобы отложить свой визит к нему. Во-первых, она не могла видеть больных и умирающих людей; смерть и болезни всегда вызывали в ней ужас. И потом, она не испытывала ни малейшего желания заново воскресить воспоминания о том времени, когда была любовницей Шенка. И все же — когда-то Джо был добр к ней, он очень много сделал для нее в те годы. А она, став знаменитостью, совсем забыла о старике, и теперь ей было стыдно.

— Не может быть, что он в коматозном состоянии, — заплакала она. — Я бы знала об этом!

Произнеся эти слова, Мэрилин тут же поняла, что совершила глупость. Ей многие говорили о болезни Джо. Хольцер был близким другом Шенка. Кроме того, с ним опасно было спорить: он считался грозным оппонентом как в суде, так и в обычных спорах. Он не упустит возможности уколоть ее.

— Чепуха! — громогласно отозвался Хольцер своим мощным голосом, в котором кипела неистовая ярость, и все вокруг замолчали. — Оставь свои лживые слезы для тех, кто тебя не знает, Мэрилин.

Теперь, ввязавшись с Хольцером в перепалку перед публикой, она уже не могла позволить себе отступить. Селзники принадлежали к голливудской аристократии: миссис Селзник была не кто иная, как Дженнифер Джоунс; Дэйвид Селзник поставил фильм “Унесенные ветром”. Поэтому на приеме собрались все те, кто пользовался известностью и имел репутацию в кинобизнесе, и теперь все их внимание было приковано к ней, Хольцеру и Иву Монтану, который стоял в растерянности. Он не знал, кто такой Джо Шенк, да и Хольцера тоже не знал.

— Я должна поехать к Джо, — произнесла она. — Немедленно. Он нуждается во мне.

Хольцер разгорячился.

— Нуждается в тебе? Он без сознания. Он по наивности своей все надеялся, что ты придешь попрощаться с ним, но тебе тогда было наплевать, не так ли? А теперь уже поздно.

Даже официанты, завороженные происходящей на их глазах сценой, как вкопанные остановились с подносами в руках. Мэрилин призвала на помощь все свое актерское мастерство, но все равно не знала, что делать.