Ева Хорнунг - Дог-бой

Ромочка разинул рот и посмотрел на Дмитрия большими, ясными, совсем детскими глазами. Мокрой щекой он продолжал тереться о щенков. Славное личико побледнело. Ромочка улыбнулся, глядя не на Дмитрия, а куда-то в сторону. Глаза у него загорелись, и выражение лица сделалось загадочным и каким-то нездешним. На секунду он напомнил Дмитрию Марко.

Дмитрий подал знак Константину; тот прислонился к стене, улыбался сквозь слезы и качал головой. Все вышли; Ромочку оставили одного, но дверь закрывать не стали. Константин первым, осторожно вытянув руки, чтобы ничего не запачкать, направился в ванную. Дмитрий последовал за ним. Наталья покосилась на Дмитрия и побежала на кухню — налить молока в бутылочки.

Дмитрий не сомневался в том, что Ромочка останется у них. Пусть даже сейчас он проявил небывалую для себя слабость. Он радовался первому успеху и взволнованно смотрел на Наталью. В ее глазах он прочел удивление и восхищение. Он поступил правильно и поразил ее. Он все сделал как надо. Теперь у них с Натальей настоящая семья. Они не только любовники и партнеры. Они родители. Теперь у них есть ребенок и три собаки. Дмитрию не терпелось поскорее вымыть Ромочку и осмотреть его — своего сына. Если получится официально усыновить его, возможно, Ромочка сумеет даже пойти в обычную школу. Разумеется, придется Наталье снова прибегнуть к подлогу и подделать его документы. Лучших родителей для Ромочки и представить трудно: приемный отец — детский психолог, специалист по отклонениям в поведении, а приемная мать — педиатр, которая мастерски подделывает свидетельства о рождении!

Дмитрий осмотрелся в своей стильной гостиной. Недавно в ней появилась облупленная старая матрешка — одна из немногих вещей Натальи. После той крупной ссоры она, без единого слова, переехала в их квартиру насовсем. Дмитрий очень удивился. Ему стало не по себе, когда он понял, как мало у нее вещей. Ее личные вещи особой ценности не представляли; они были дороги Наталье не сами по себе, а в память о людях, которые ей их подарили. Она перевезла в их квартиру пианино, свои немного цыганистые наряды, свою матрешку, а также все его подарки. Сначала Дмитрий решил, что она подлизывается к нему, но потом перестал анализировать ее поведение и преисполнился благодарности.

Придется купить мощный пылесос для собачьей шерсти. Моющий… может быть, даже дорогущий «Кирби». Да, придется составить список покупок; скорее всего, он окажется длинным. И им еще нескоро удастся позвать к себе гостей. Друзья и коллеги много месяцев и даже лет будут обсуждать его поступок. Это уж точно. Большинство решит, что они сглупили; некоторые, наоборот, будут восхищаться ими за благородство. Но, несомненно, инициативу все припишут Наталье!

Дмитрий улыбнулся про себя. Приятно наконец-то чувствовать себя семейным человеком. Семья у них будет очень необычная. Может быть, Ромочка подружится с соседским Мальчиком.

Целых три собаки! Может быть, потом удастся ограничиться одной? На первый, переходный период одной собаки им вполне достаточно. В конце концов, у какого мальчика есть больше одной собаки? Три собаки могут задержать Ромочкино развитие. Рядом с ними он затоскует по прежней жизни. Нет, пожалуй, нужно оставить только одну собаку, да и ее придется как следует выдрессировать в какой-нибудь собачьей школе. Дмитрий представил, как идет в собачью школу в Крылатском. Рядом идет умный, красивый, воспитанный пес, а все прохожие умиляются, глядя на них. Надо будет понаблюдать за щенками и выбрать самого умного… Нет, самого верного… А может, самого послушного и тихого? Да, им вполне хватит одного пса, доброго, умного и верного, как Мальчик. А если при этом пес еще окажется не очень шумным и не очень слюнявым, будет вообще замечательно. Дмитрий представил, как пес, наклонив голову набок, заглядывает ему в глаза — как Мальчик.

Потом ему стало стыдно. Идеал — не то, к чему они должны стремиться. Надо надеяться, что щенки не будут слишком шумно есть или вылизывать свои гениталии при гостях.

Вернувшись в гостиную, Дмитрий почувствовал, как от страха кружится голова.

В ванной шумел душ, на кухне звякнула микроволновка. Он понюхал свои руки. От них пахло фекалиями. Он старался ничего не испачкать. В ванную сейчас нельзя — там Константин. Еще долго ему будет казаться, что все вокруг провоняло дерьмом.

Как на самом деле воспитывать ребенка? Да еще такого ребенка? Вдруг тихий внутренний голос спросил: разве не лучше для всех, если ужасный, невообразимый мальчик тихо погибнет от холода, голода или болезней где-то там, за границами привычного мира? Тогда он купит своей Наталочке породистого щенка. И они усыновят чистенького, нормального младенца, чьи родители не бомжи и не наркоманы…