Артур Япин - Сон льва

Галина рука на перилах дрожит. Ее это удивляет, потому что она не чувствует ничего, кроме ледяного спокойствия.

На мужчине дорогой льняной костюм, сшитый на заказ. Возможно, чересчур торжественный для первого знакомства, но в нем чудится отголосок былого шарма. Ему кажется, что взгляд девушки одобрительно скользит по его фигуре. На самом деле Гала просто зажмурилась от солнечного сияния, играющего на волнах, которое болью отдается у нее в голове. Ей хочется, чтобы оно скрылось за черным пятнышком и она смогла получше разглядеть лицо мужчины. Оно — загорелое и мужественное, несколько озабоченное. Она дает ему лет шестьдесят. По его улыбке Гала видит, что он нервничает.

— Костюм моей мечты! — говорит Гала совершенно серьезно, но он принимает эти слова за комплимент, который он должен вернуть. Затем они садятся. Мажордом открывает шампанское и приносит первые блюда.

Перед тем, как приносят «Бомбу бьянку» [162] «Бомба бьянка» — итальянское белое сливочное мороженое. в огненном «Мараскино», [163] «Мараскино» (Maraschino, итал.) — ликер, вырабатываемый из мелкой кислой вишни Marasca. он отбрасывает сдержанность. Рассказывает, что его зовут Понторакс, хотя это больше похоже на название медицинского препарата, и он невропатолог в частной психиатрической клинике в Катании. [164] Катания (итал. Catania, сиц. Catania) — город в итальянском регионе Сицилия, административный центр одноименной провинции.

— Отличное совпадение, — смеется Гала, — кроме родителей, для меня нет никого родней невропатологов, — и рассказывает ему о своей болезни.

— Ах! — восклицает восхищенный Понторакс, — это же дар сивилл!

И объясняет, что женщин с эпилептической чувствительностью раньше выбирали в жрицы Аполлона.

— Глядя на солнце, они непрерывно водили рукой перед глазами и впадали в транс.

Он показывает. Гала повторяет следом за ним, но Понторакс тут же озабоченно хватает ее за руку и останавливает. Прикосновение длится чуть дольше, чем обычно. К своему изумлению Гала не чувствует отвращения. Мужчина деликатен и, похоже, действительно испытывает к ней сочувствие.

— Прерывающиеся лучи, — продолжает Понторакс, — вызывали нарушения в височной доле большого мозга, центре, ответственном за творчество. Женщины падали на землю, бились в конвульсиях и выкрикивали загадочные фразы. Сейчас мы это лечим, а раньше короли отправлялись в многомесячный путь, чтобы внимать своим оракулам.

После обеда они идут на яхту, стоящую на причале у прибрежной гостиницы. Там висят приготовленные для нее новые купальники. Пока они загорают, мимо проходят яхты знакомых Понторакса, и как только они удаляются, дотторе начинает развлекать Галу историями о своих эксцентричных друзьях.

Посередине одного их его рассказов Гала вдруг ощущает сильный эмоциональный всплеск, причину которого она не сразу может понять. Ее дыхание учащается, и ей приходится изо всех сил сдерживаться, чтобы не заплакать. «Не может быть, чтобы я так расчувствовалась из-за парня, заплатившего за созерцание меня в купальнике?»

Дотторе замечает произошедшую в ней перемену, но тактично ничего не говорит. Наливает коктейль, поднимает, взглянув на нее, молчаливый тост и позволяет ей вернуться к своим мыслям.

Ее трогает живой блеск в его глазах, когда он смотрит на нее. Гала представляет себе, как в них возвращается печаль, когда старик отворачивается к волнам. Эта мысль успокаивает ее, пробуждает томное желание отдаться игре. Ей весело, и когда она на секунду закрывает глаза, наслаждаясь теплом и покачиванием на волнах, со стороны она кажется совершенно счастливой. Она чувствует себя свободно, естественное тяготение старости к молодости не стесняет ее, хотя она не понимает причины этого. Она лишь знает: чтобы понравиться этому мужчине, ей не нужно отбарабанить стихотворение или интеллектуально превзойти его. Она завоевала его просто: оставаясь такой, какая она есть. Благодарная ему за это, она переворачивается на другой бок, чтобы наградить его еще лучшим видом.

Дотторе целый день не снимает костюм, не тронет ее и пальцем, если она того сама не захочет, но по причине деловой природы встречи их отношения носят недвусмысленный характер. Гала чувствует неравенство, словно между хозяином и рабом, хотя не могла бы сказать, кто из них кто. Кроме того, она чувствует не одиночество в ситуации, от которой она еще недавно бежала бы в ужасе, а, наоборот, единение с партнером. Гала пытается вспомнить, были ли у нее когда-нибудь такие открытые отношения с мужчиной. Хотя ситуация для нее новая, возникает впечатление, что она знает и предвидит все ходы. Ее роль столь же очевидна, как и его. Эта определенность создает у нее ощущение вдоха после долгого пребывания под водой. «Он меня использует, но я ему нужна», — говорит она себе; и эта простая мысль дает ей силы поменяться ролями.