Джеффри Арчер - Прямо к цели

Комиссар рассмеялся.

— Согласен, — сказал он. Я совсем разочаровался в них в этом сезоне. Ну, а вы за кого болеете?

— Я почитатель «Уэст Хэм».

— И вы надеетесь, что я буду сотрудничать с вами?

Теперь уже засмеялся Чарли:

— Что ж, мы действительно позволили вам побить нас во время розыгрыша кубка.

— В 1923 году, — смеясь, уточнил Купер.

— У нас в Аптон-парке хорошая память.

— Вот так дела, я никогда бы не подумал, что у вас такой акцент, сэр Чарлз.

— Называйте меня Чарли, так делают все мои друзья. И еще, Майк, ты хочешь, чтобы его не было? — он ткнул пальцем в сторону Робертса, которому так и не предложили сесть.

— Было бы неплохо, — согласился комиссар.

— Подождите меня за дверью, Робертс, — бросил Чарли, даже не глянув в сторону своего адвоката.

— Хорошо, сэр Чарлз, — Робертс повернулся и направился к выходу.

Когда они остались одни, Чарли наклонился над столом и произнес:

— Эти чертовы адвокаты, как та брюссельская капуста, — заплати большие деньги, а потом еще возись с ней. Так и они, дерут с тебя три шкуры, а работу предпочитают, чтобы ты делал сам.

— Особенно если ты зеленщик, — рассмеялся Купер, заразив своим смехом Чарли.

— Не встречал такого полицейского со времен Уайтчапела, — смеясь, проговорил Чарли, наклоняясь к комиссару. — Между нами двумя, Майк, скажи мне, как парень парню из Ист-энда, тебе известно о Гае Трентаме что-нибудь такое, чего не знает он? — Чарли показал пальцем в сторону двери.

— Боюсь, что Робертс уже почти все раскопал, надо отдать ему должное, сэр Чарлз.

— Чарли.

— Чарли. Посудите сами, вы уже знаете, что Трентам убил свою жену, за что впоследствии был повешен.

— Да, но были ли у него дети — вот, что мне нужно знать, Майк. — Чарли задержал дыхание, видя, как колеблется полицейский.

Купер посмотрел в приговор, лежащий перед ним на столе:

— Здесь сказано: погибшая жена и одна дочь.

Чарли едва сдержался, чтобы не подскочить в кресле.

— Не думаю, что в этой бумаге было указано ее имя.

— Маргарет Этель Трентам, — произнес комиссар.

Чарли был уверен, что ему не надо перепроверять по бумагам, которые прошлым вечером оставлял Робертс. Имя Маргарет Этель Трентам ни в одной из них не упоминалось. Он помнил наизусть имена всех Трентамов, родившихся в Австралии в период между 1923 и 1925 годами. К тому же все они были мальчиками.

— Дата рождения? — рискнул он.

— Не указана, Чарли. Ведь обвинялась не девочка. — Он придвинул лист так, чтобы его посетитель смог сам прочесть все то, что он уже рассказал. — В двадцатые годы таким подробностям не придавали никакого значения.

— Есть ли в этом деле что-нибудь еще, что, по твоему мнению, могло бы помочь парню из Ист-энда, оказавшемуся не на своем поле? — спросил Чарли, надеясь, что он не переигрывает.

Просмотрев бумаги в деле Трентама, Купер через некоторое время добавил:

— В деле содержится две записи, которые могут пригодиться. Первая сделана моим предшественником, а более ранняя принадлежит руке комиссара, который был еще до него. Возможно, они представляют интерес.

— Я весь внимание, Майк.

— Комиссара Паркера посетила 27 апреля 1927 года миссис Этель Трентам, мать казненного.

— Боже праведный, — не смог скрыть своего удивления Чарли. — Но зачем?

— Причины не указываются, так же, как и не приводится содержание беседы, как это ни жаль.

— А другая запись?

— Она касается другого посетителя из Англии, интересовавшегося сведениями о Гае Трентаме. В этот раз, 23 августа 1947 года, им был, — комиссар опять заглянул в дело, чтобы уточнить имя, — мистер Дэниел Трентам.

Чарли оцепенел, вцепившись в подлокотники кресла.

— С тобой все в порядке? — в голосе Купера прозвучала подлинная обеспокоенность.

— В полном, — сказал Чарли. — Это всего лишь последствия столь длительного перелета. Приведены какие-нибудь причины визита?

— Как указывается в приложенной записке, он заявил, что является сыном казненного, — сказал комиссар. Чарли старался сдержать свои чувства. Полицейский снова сел в кресло. — Итак, теперь тебе известно по этому делу ровно столько, сколько и мне.

— Ты мне очень помог, — Чарли выбрался из кресла, чтобы пожать комиссару руку. — И, если когда-нибудь снова окажешься в Дептфорде, милости прошу ко мне. Буду только рад показать настоящую футбольную команду.

Купер улыбнулся и всю дорогу до лифта продолжал обмениваться с Чарли различными историями. Когда они оказались внизу, полицейский проводил его до крыльца здания, где Чарли вновь пожал ему руку и присоединился к Тревору Робертсу, ожидавшему его в автомобиле.