Агония Иванова - Проощание с детством

— К директору, — приказала Елена Львовна, — перед Евгенией Олеговной будете объясняться, почему сорвали мне урок!

Андрей Андреевич мерил шагами просторный директорский кабинет, украшенный портретом Сталина, который висел здесь неизвестно зачем, разве что только Евгения Олеговна молилась ему и взывала к его духу, чтобы он научил ее управлять школой, как союзом. Кеша думал об этом и ему становилось как-то легче, хотя на душе было все равно скверно. Его голова была занята тремя девушками сразу и мысли были совсем не веселыми. Первой была Лариса. Кеша волновался о ней, гадал, что у нее случилось, потому что так просто прогуливать школу она бы не стала. Порой она приходила с температурой или насморком, с головной болью, да с чем угодно… Все-таки она была его другом и он чувствовал себя ответственным за нее, после слов Риты. Второй была Лида. Он не мог понять, почему вообще думает о ней, но ему делалось больно только при одном воспоминании о ее кристально чистых глазах, всегда таких испуганных, несчастных, как у загнанного зверька. А третьей была Лена, и его оглушало чувство стыда перед ней. За измену, за ложь, за мысли о других… За то, что он дрался не из-за нее и за то, что из-за нее ему драться почему-то совсем не хотелось.

— Ребята! Повезло вам, что Евгения Олеговна на собеседовании, — сказал в конце-концов Андрей Андреевич, — ну что вы такое устроили? Почему хоть?

— Он говорил гадости про мальчика с синдромом Дауна, который учится в нашем классе, — пожаловался Кеша и ему самому стало противно. Андрей Андреевич вздохнул.

— И про девочку, — добавил Коля сам, — надо было с этого начать.

— Значит вы дрались из-за девочки? — спросил Андрей Андреевич и почесал подбородок.

— Ну… да, — подтвердил Кеша.

— Из-за Риты Польских?

— Почему вы спрашиваете? — насторожился Коля. Их обоих как будто облили ледяной водой. Кеше стало тошно и противно от одного только упоминания Риты. Ему захотелось заползти в какую-нибудь темную нору и умереть там, лишь бы только нигде никогда не слышать это имя и не видеть ее смазливую физиономию.

— Мне так показалось, — спокойно пожал плечами Андрей Андреевич, — ладно. Вы уже взрослые и я не хочу лезть в ваши дела. Я надеюсь, что этого больше не повториться, и вы будете впредь благоразумны.

— Спасибо, — выдохнул Кеша, и они вместе вышли из кабинета директора в тесный коридорчик. Коля молчал и вид у него был хмурый.

— Почему я вечно из-за тебя влипаю в истории!? — злобно поинтересовался Кеша, решив, что Коля главная причина всех его бед и проблем. И даже в исчезновении Ларисы виноват он, и даже в том, что Кешина мама умерла. Во всем.

— Потому что ты бесишься, стоит мне только сказать слово о Ивановой! — ответил Коля недовольным голосом, — что с тобой? Какое тебе дело до этой дурочки?

Кеша нахмурился, хотел ответить что-то обидное, но вовремя удержал себя. Снова завязывать драку ему совсем не хотелось.

— Не знаю, — отмахнулся он, — просто я не люблю, когда сильные обижают слабых.

— Я пальцем ее не тронул! — воскликнул Коля. Кешей снова овладело что-то неконтролируемое, глаза его заблестели, он схватил друга за плечи и тряхнул изо всей силы.

— Если ты, урод, тронешь ее хоть пальцем, то я тебе шею сверну! — прошипел он. Коля смотрел на него с неподдельным ужасом.

— Кеш… — робко начал он. Кеша тряхнул головой, прогоняя наваждение, и отпустил парня. Он сам не знал, что на него нашло и это его пугало. Стоило ему только услышать о Лиде, он полностью терял над собой контроль. Разумного объяснения этому не было.

Рита открыла дверь квартиры своими ключами и только сейчас поняла, что сегодня впервые за две недели она вернулась домой с целью переночевать. Идея была, конечно, не самой удачной, потому что мать обязательно поднимет крик по поводу того, что она пропадает неизвестно где и отвратительно себя ведет. Но Рита устала от общества Антона, который отчаянно старался казаться умнее, чем он есть, и пытался занять ее всякими высокоинтеллектуальными беседами, а в действительности лишь хотел как-то разнообразить их времяпровождение, состоявшее из обедов в ресторанах и занятий любовью. Был, конечно, вариант переночевать у Оли, но та сама давно не появлялась там, а шататься по всем «пьянкам», которые посещала ее подруга, Рита считала ниже себя. Марина с ее приставучим братом и болтливой мамашей тоже не подходила, и девушка жалела, что у нее нет своей собственной квартиры.