Диана отдала ему триста евро. Теперь у нее осталось всего сто пятьдесят. За комнату в отеле ей придется заплатить аванс от пятидесяти до семидесяти пяти евро, остальные деньги она потратит на еду и сигареты. Ничего, осталось продержаться всего несколько дней до приезда Вилли.
Девушка одним глотком допила вино и заказала еще бокал, чтобы скоротать время, дожидаясь возвращения торговца наркотиками. Терпение, скоро она получит свой кокаин, хорошая доза сразу поднимет ей настроение. Господи, почему так долго? Куда запропастился этот чертов парень?
Прошел час. Диана выпила еще два бокала вина и съела сэндвич с ветчиной и сыром. Прикончив четвертый бокал, она покосилась на фотографию так называемой жены и детей. Интересно, это действительно его жена и дети? Диана тяжело вздохнула и сунула фотографию в кошелек.
Бармен клялся, что видел парня впервые в жизни. Чернокожий мужчина также заверил Диану, что не знает его.
— Наркоман, наверное, — он равнодушно пожал плечами.
Когда бармен объявил, что заведение закрывается, Диане пришлось смириться с очевидным фактом: ее благодетель не вернется. Она включила мобильник в надежде обнаружить какую-нибудь информацию, которая поможет отыскать парня. Телефон издал придушенный писк и, полыхнув зеленым дисплеем, погрузился в черное небытие. Скорее всего мобильник тоже был краденым.
Таксист привез Диану на левый берег Сены, к маленькому отелю «Боткёр» неподалеку от Сен-Мишель. В прошлом году они с Вилли провели незабываемую неделю в Париже, тогда влюбленные останавливались в этом симпатичном отеле. Месье Боткёр был молчаливым человеком, который не задавал лишних вопросов. Кроме того, в здании имелся запасной выход, ведущий в узкий переулок, освещенный одним-единственным тусклым фонарем — и то и другое делало «Боткёр» идеальным местом для романтических свиданий.
Еще девять драгоценных евро — и таксист высадил ее у входа в отель. Диана сняла маленькую угловую комнату на первом этаже, одно окно выходило на набережную Сены, второе — на узкую улочку Шару-Пеш, что в переводе означает «улица кошки, которая ловит рыбу». Войдя в комнату, она мгновенно повалилась на кровать и горько разрыдалась.
«Все хорошо, не переживай, — утешала себя Диана, — через несколько дней приедет Вилли. Мы получим деньги и купим целую тонну кокаина, а потом уедем далеко-далеко, на какой-нибудь тропический остров, где нас никто не найдет. О, это будет так романтично. Там под пальмами на берегу океана Вилли напишет потрясающие песни для своего нового диска».
Диана утерла слезы. Прежде чем лечь спать, она отправила Вилли письмо: «Приехала в наш город, жду на нашем месте. Считаю минуты до встречи с тобой. Дорога была ужасной. До скорого. Люблю. Я».
— Кошмар! Просто богохульство какое-то! — воскликнул Санджай, уставившись на монитор компьютера.
Кинохроника приключений маленького бога с головой слона пополнилась новыми эпизодами под названием «Ганеш в Авиньоне». В уголке последнего кадра Санджай заметил крошечную фотографию темноволосой девушки с золотой статуэткой. Мало того, что они нацепили на Ганеша солнечные очки, так еще и сама девушка была одета в обтягивающие джинсы и короткую футболку, открывавшую голый живот. Возле пупка Санджай разглядел татуировку в виде цветка.
Под фотографией была сделана ссылка: «См. раздел «Наши звезды»».
Открыв эту рубрику, Санджай обнаружил массу фотографий брюнетки. Автор возмутительного сайта называл ее «звездой итальянского кино Франциской Туттимилти», а божественного Ганеша окрестил «легендой Болливуда». Франциска и Ганеш были сняты в кафе: звезда курит сигарету, а хобот Ганеша был опущен в бокал с вином: на другом снимке они ели мороженое и любовались ювелирными украшениями в витрине фирменного магазина Гуччи. В конце шла многообещающая надпись: «Продолжение следует. Ганеш и Франциска отправляются на корриду в город Арль».
— Собирайся, — приказал Санджай. — Мы едем в Арль.
Но Чанки гораздо больше волновали новости из Мумбаи.
— Санджай, ты только подумай, за последние два дня они убили четверых наших ребят!
— Четверых?!
— Да. Они прикончили Аслана Кумара. А ведь тот был далеко не фраер. Покруче самого Мемона по кличке Тигр. И все же полиция пристрелила его…
— Ну, Аслан-то был законченным психом. Как говорил Доу, «с тараканами в голове».
— Ха, смешно. — Чанки ухмыльнулся и снова углубился в газету — О нет, они грохнули Риши Рапша. Бедняга Риши.
Читать дальше