Джоди Пиколт - Обещание

Джордан вскочил с места.

— Протестую!

— Ты все продумал. Но все-таки оставил синяки, когда она сопротивлялась…

— Ваша честь, протестую! Это неслыханно!

Мэлани не сводила глаз с Криса, продолжая свою обвинительную речь:

— Ты не смог рассчитать траекторию пули. И ничего не мог сделать с часами, потому что даже не знал об их существовании.

Она уцепилась в перегородку так, что пальцы побелели.

— Миссис Голд! — прервал ее судья.

— Ты убил ее! — выкрикнула Мэлани. — Ты убил моего ребенка, как убил и своего!

— Миссис Голд, немедленно прекратите! — негодовал Пакетт, стуча молотком. — Мисс Делани, успокойте своего свидетеля!

У Криса алели кончики ушей. Он как-то весь съежился рядом с Джорданом.

— Свидетель ваш, — произнесла Барри, передавая защите плачущую, упавшую духом женщину.

— Ваша честь, — сухо сказал Джордан. — Вероятно, нам понадобится небольшой перерыв.

Пакетт бросил на прокурора рассерженный взгляд.

— Вероятно, — согласился он.

Когда Мэлани снова заняла место за свидетельской трибуной, у нее были красные глаза, а щеки пылали. Но в остальном она была невозмутима.

— По вашим словам, миссис Голд, Эмили была прекрасной дочерью, — начал Джордан как ни в чем не бывало, оставаясь сидеть за столом защиты, словно пригласил женщину на обед. — Талантливая, красивая, доверяющая своим близким. О чем еще могут мечтать родители?

— О том, чтобы ребенок был жив, — холодно ответила Мэлани.

Джордан тут же засуетился — он не ожидал, что у нее окажется такой острый язык, — и отступил.

— Сколько часов в неделю вы проводили с Эмили, миссис Голд?

— Я работаю три дня в неделю, а Эмили ходила в школу.

— И…

— Я бы сказала, часа два по вечерам. По выходным, скорее всего, больше.

— Сколько времени они проводили с Крисом?

— Довольно много.

— Не могли бы вы назвать более конкретные цифры? Больше, чем два часа по вечерам и несколько часов по выходным?

— Да.

— Значит, в компании Криса она проводила больше времени, чем с вами?

— Да.

— Понятно. Эмили строила какие-то планы на будущее?

Удивленная сменой темы разговора, Мэлани кивнула.

— Еще какие!

— Похоже, вы очень чуткие родители.

— Да. Мы гордились успехами дочери в учебе и поддерживали ее интерес к искусству.

— Вы могли бы сказать, что для Эмили было важно соответствовать вашим ожиданиям?

— Думаю, да. Она знала, что мы ею гордимся.

Джордан кивнул.

— Вы также утверждали, что Эмили вам доверяла.

— Безусловно.

— Должен признаться, миссис Голд, что я вам немножко завидую, — вел свое адвокат. Он повернулся к присяжным, приглашая их к разговору. — У меня тринадцатилетний сын, и иногда мне трудно до него достучаться.

— Вероятно, вы не всегда можете его выслушать, — саркастически заметила Мэлани.

— Так вот чем вы занимались в течение этих двух часов и по выходным! Выслушивали то, что наболело у Эмили.

— Да. Она рассказывала мне обо всем.

Джордан оперся о перила, ограждающие скамью присяжных.

— Она сообщила вам, что беременна?

Мэлани поджала губы.

— Нет, — процедила она.

— За все эти одиннадцать недель во время ваших доверительных бесед она так и не упомянула о своей беременности?

— Я же сказала, что нет.

— Почему она вам ничего не сказала?

Мэлани разгладила юбку.

— Не знаю, — негромко призналась она.

— Может быть, она думала, что беременность никак не соответствует тем чрезвычайно высоким требованиям, которые вы к ней предъявляли? Что она может не стать художником, даже не поступить в колледж?

— Может быть, — произнесла Мэлани.

— Может быть, она настолько расстроилась из-за того, что не оправдала ваших ожиданий — что больше не является образцовой дочерью! — что побоялась вам обо всем рассказать?

Мэлани покачала головой, и слезы хлынули из ее глаз.

— Я жду ответа, миссис Голд, — мягко напомнил Джордан.

— Нет, она бы мне сказала.

— Но вы только что признались, что она вам ничего не говорила, — заметил Джордан. — А Эмили здесь нет, ее не спросишь. Итак, давайте посмотрим на факты. Вы утверждаете, что были настолько близки с Эмили, что дочь вам все рассказывала. Но о своей беременности она не сказала ни слова. Если она скрывала от вас такую важную информацию, то разве не существует вероятность того, что она скрывала и что-то еще — например, то, что подумывает свести счеты с жизнью?

Мэлани закрыла лицо руками.

— Нет, — пробормотала она.