Виталий Павлов - Герцеговина Флор

- Пошли вы все! — огрызнулась Лора. Ей надо было забрать самое дорогое, что у нее было, — подарки ее странных друзей из Герцеговины Флор.

Она бросила в сумку платье Греты, туфли Орловой, черепаховую коробочку Элвиса, а вот амулет зажала в руке. В этот момент кто-то схватил ее и понес к выходу.

- Подождите! Подождите! Конверт! Там конверт! — билась в крепких объятиях Лора.

Однако никто не думал слушаться. Она повернула голову и увидела охранника, который увозил ее от пирса. Как долго она мучилась, стараясь понять, на кого похож этот парень, и именно теперь поняла, кто это был.

Удушливый дым полз по коридору, и языки пламени уже проникли в подсобные помещения.

- Опусти, поставь меня! — кричала Лора. — Поставь! — Но парень молча нес ее к выходу.

Стрельба к этому моменту уже стихла, а толпа, наоборот, озверела. Повара в белых куртках и колпаках, официанты в бордовых жилетках и бабочках, гости в смокингах и вечерних платьях бились в узком коридоре, ведущем наружу, как рыба, идущая на нерест, у речных порогов. Ситуация осложнялась тем, что сработала противопожарная система, и теперь сверху лилась вода и звенел тревожный колокол. Охранник двигался вперед, как ледокол, прокладывая путь среди впавших в панику людей. Когда до выхода оставалось несколько шагов, длинный конец шарфа, до этого путавшийся у охранника в ногах, зацепился за какой-то крюк. Прочная и легкая ткань сдавила горло мертвой петлей. Лора успела только охнуть. Парень почувствовал, что его подопечная вдруг затихла, но сразу не понял почему. Толпа напирала со всех сторон. Лора схватилась руками за шарф, который сдавливал горло мертвой хваткой. Еще чуть-чуть — и она потеряла бы сознание. Она даже не могла закричать, только пыталась ослабить петлю. Наконец, охранник понял, в чем дело.

Он ухватился за конец шарфа и рванул что было сил — материя не сразу, но поддалась. Глазами, полными ужаса, Лора наблюдала за происходящим, она даже что-то пыталась сказать, но было уже поздно. Обрывая на ходу остатки шарфа, охранник продолжал двигаться к двери, волоча за собой вконец обессилевшую девушку.

- Шарф, шарф, — это было первое, что сказала Лора, когда пришла в себя. Она сидела, прислонившись к дереву, прижимая сумку с подарками к груди.

Где-то с противоположной стороны здания опять стреляли. Охранник, оглядевшись по сторонам, выхватил из-за пояса пистолет и побежал к главному входу, где перестрелка явно усиливалась.

Люди в масках оказались зажатыми возле своих машин. Их было человек шесть. Они отстреливались из автоматов, заняв круговую оборону. Стреляли грамотно, давая друг другу возможность перезарядить оружие. Патронов не жалела ни одна, ни другая сторона. Пули резали ветки, били стекла, отбивали куски стен, однако ни убитых, ни раненых пока не было видно. Где-то выли сирены. Несколько патрульных машин мчались к месту события на бешеной скорости.

- Уходим! — крикнул кто-то из стрелявших. — Менты!

Прозвучало еще несколько очередей, и стрельба стихла. Обе стороны, обменявшись увесистыми порциями мата, разбежались в разные стороны. Громыхнуло несколько выстрелов, и тут же запылали две машины. Видимо, кто-то стрелял в бензобаки. Два взрыва не заставили себя долго ждать. Через некоторое время сверху- посыпались осколки и куски железа, подброшенные взрывами. Покатилось под горку горящее колесо.

Еще до приезда патрульных машин музыкальная команда успела погрузиться в микроавтобус и укатить подальше от клуба. Минут десять все молчали, потом вдруг кто-то сказал:

— Судя по всему, аппаратуры у нас больше нет.

- Поправимо, — ответил Боб, — вот если бы осталась аппаратура, а больше не было бы нас…

- Интересно, кто это был? — спросил Миша.

- Вам лучше этого не знать, парни, — заметил мрачный водитель, — сидите себе спокойно дома и ждите вестей…

Дальше опять ехали молча. До самого конца.

Дубовую гостиную в доме Сергея было не узнать. Так выглядел Смольный в старых фильмах о Ленине и революции. Входили и выходили люди с оружием, окна были забаррикадированы столами и шкафами, а дым стоял такой, что впору было включать противотуманные фары. Хозяин дома сидел на высоком табурете у барной стойки. Перед ним стояли стакан с толстым дном и початая бутылка виски, тут же лежали пять мобильных телефонов, причем он почти одновременно говорил по четырем из них. Собственно, разговором это нельзя было назвать, звучали почти сплошные междометия:

- Н-да… Ну… Ага… А вы проверили? Угу…