Джон Ирвинг - Мир глазами Гарпа

— Уэлдон, — сказал Уэлдон.

— Вес? — спросил Бензенхавер.

— Вес? — удивился Уэлдон.

— Сколько ты весишь? — спросил Бензенхавер. — Если нам предстоит грузить тебя в вертолет, то необходимо сперва узнать, сколько ты весишь.

— Сто восемьдесят с чем-то, — сказал Уэлдон.

— А ты? — спросил Бензенхавер младшего из братьев.

— Сто девяносто с чем-то, — сказал тот. — Мое имя Разберри.

Бензенхавер даже глаза закрыл.

— Значит, триста семьдесят с чем-то! — крикнул Бензенхавер вслед помощнику шерифа. — Спросите у пилота, может ли вертолет столько поднять?

— Но ведь вы не имеете права просто так взять нас и увезти? — возмутился Уэлдон.

— Пока что мы только отвезем вас в госпиталь Национальной гвардии, — сказал Бензенхавер. — А потом, если найдем ту женщину и с ней все будет в порядке, мы тут же доставим вас обратно.

— А если с ней что-нибудь будет не в порядке, нам ведь дадут адвоката, верно? — спросил Разберри у Бензенхавера. — Одного из тех, что в суде работают, так?

— Если с кем не все будет в порядке? — спросил его Бензенхавер.

— Ну, с той женщиной, которую вы ищете, — сказал Разберри.

— Ну, если с ней что-то будет не в порядке, — сказал Бензенхавер, — тогда, поскольку вы уже будете в госпитале, вас быстренько кастрируют и отправят домой. Может быть, даже в тот же день. Вы, ребята, лучше меня знаете, как это делается. Я-то никогда этого не видел, — признался он. — Но это ведь времени много не занимает, верно? Да и крови вроде бы много не бывает, так?

— Но ведь есть суд и адвокат! — напомнил ему Разберри.

— Да есть, есть! — разозлился Уэлдон. — Заткнись!

— Нет, согласно новому закону подобные преступления больше в суде не рассматриваются, — сказал Бензенхавер. — Преступления на сексуальной почве вынесены в особую статью. А с помощью новых машинок производить кастрацию оказалось так просто, что именно этот способ и был признан наиболее разумным.

— Эй! — прокричал помощник шерифа от вертолета. — Он такой вес вполне поднимет. Мы можем взять их обоих!

— Вот хреновина! — сказал Разберри.

— Заткнись! — сказал Уэлдон.

— Да не дамся я! Вот еще, яйца мне отрезать захотели! — завопил Разберри. — Я ведь ее даже не поимел!

Тут Уэлдон врезал ему под дых, да так, что Разберри не устоял на ногах и рухнул прямо на распростертую на земле свиноматку. Та завизжала, ее коротенькие ножки спазматически задергались, и с перепугу она внезапно и самым чудовищным образом полностью опорожнила свой кишечник, но с места так и не двинулась. Разберри лежал, хватая ртом воздух, рядом с огромной кучей вонючего свиного дерьма. Арден Бензенхавер попытался нейтрализовать Уэлдона, дав ему коленом по яйцам, но тот оказался ловчее и успел перехватить его ногу, а потом кинул назад, и Бензенхавер грохнулся на спину за распростертыми на земле Разберри и несчастной свиньей.

Бензенхавер чертыхнулся.

Помощник шерифа выхватил револьвер и пальнул в воздух. Уэлдон тут же упал на колени, зажав уши руками.

— Вы не ушиблись, инспектор? — спросил помощник шерифа.

— Разумеется, ушибся, — ворчливо ответил Бензенхавер, сидя на земле рядом со свиньей и Разберри и испытывая к обоим одинаковое отвращение. Стыдно ему за это не было. — Слушай, Разберри, — сказал он и прикрыл глаза (уже само по себе это имя заставляло Бензенхавера закрывать глаза), — если хочешь сохранить свои яйца при себе, живо выкладывай, где находится та женщина!

Родимое пятно на физиономии Разберри мигало Бензенхаверу, точно неоновая реклама.

— Молчи, Разберри, — велел брату Уэлдон. Бензенхавер, не глядя на Уэлдона, заметил помощнику шерифа:

— А если вон тот еще раз откроет пасть, отстрели ему яйца. Прямо здесь. Чтобы напрасно его в госпиталь не таскать. — Теперь оставалось только уповать на Бога, чтобы помощник шерифа не оказался настолько глуп и не понял его приказ буквально.

— Ее Орен увез, — сказал вдруг Разберри. — Он черный грузовик взял.

— Куда он ее увез? — спросил Бензенхавер.

— Не знаю. Покататься, наверно, — сказал Разберри.

— С ней все было в порядке, когда они отсюда уезжали? — спросил Бензенхавер.

— Ну, вроде бы да, — сказал Разберри. — Я что хочу сказать, вряд ли Орен ей уже что-нибудь плохое успел сделать. Думаю, он даже и поиметь-то ее пока что не успел.

— Почему же нет? — спросил Бензенхавер.

— Ну, если он ее уже поимел, — сказал Разберри, — так на фиг ему ее при себе-то держать?

Бензенхавер опять закрыл глаза. И быстро поднялся на ноги.