Павел Верещагин - Год крысы

— Сначала она впадет в кому, — сказал он. — А потом — смерть

Он прошел к шкафу, отыскал на одной из полок стеклянный пузырек с притертой крышкой, положил в него упаковку таблеток из жестяной банки и передал пузырек Ксюша.

— Здесь больше, чем три, — заметила Ксюша.

Оккервиль кивнул.

— Это не важно. Если захотеть, таблетки можно купить в любой аптеке. Ты сама должна принять решение… — как-то не очень понятно сказал он.

Оккервиль помолчал некоторое время, задумчиво глядя на крысу под ногами.

— И ты жалей ее, Лолиту. Она несчастная… Она…

Он опять не договорил.

И Ксюше в который раз показалось, что Оккервиль знает гораздо больше того, что говорит. Казалось, ему заранее известно, что все получится совсем не так, как они себе это сейчас представляют, но Оккервиль понимает, что изменить ничего нельзя и все должно идти так, как идет.

— А когда? — спросила Ксюша. — Когда она понадобится?

— Не знаю. Ты сама это поймешь.

Ксюша посмотрела на замкнутое лицо Оккервиля и не стала уточнять, как.

— А что она должна сделать? Найти деньги Матросова и принести мне?

Оккервиль сердито на нее посмотрел и ничего не ответил.

Ксюша поняла, что лишних вопросов лучше не задавать. А до того, что нужно, доходить своей головой.

— Ну, давай! — вздохнул Оккервиль и еще раз показал, как нужно подзывать Лолиту к себе в карман.

— А у меня нет такого просторного кармана, — сказала Ксюша.

— Это не важно. Давай!

Ксюша отпахнула полу куртки и, преодолевая отвращение, похлопала ладонью по животу. Лолита, помедлив немного, подошла, обнюхала ее кроссовки, потом ловко вскарабкалась по джинсам и пристроилась сбоку, уцепившись за ремень.

— Пока можно и так, — сказал Оккервиль. — А когда пойдешь… ну, туда… надень что-нибудь с карманом.

Ксюша кивнула.

— И помни: через три дня Лолита должна быть у меня.

— Конечно, конечно!

Ксюша посмотрела на мага и наткнулась на его жесткий пронзительный взгляд.

— В любом случае, — добавил он. — Живая или мертвая…

Ксюша вздрогнула, что за подозрения! — но под взглядом Оккервиля лишь опустила голову.

— Она будет живая, — проговорила Ксюша.

— Обещаешь?

— Да!

Страшным, страшным выдалось следующее, четвертое по счету и последнее воскресенье июня. Самым страшным днем в жизни сотен и сотен жителей знаменитого северного города. А уж в Ксюшиной жизни ничего более ужасного, чем этот день, никогда раньше не было и, наверное, уже не будет.

Первое время после встречи с Оккервилем Ксюша провела именно так, как тот и велел: приучала крысу к себе. Носила ее всюду с собой в сумке, выпускала в закрытых помещениях и приманивала крошечным обломком таблетки. Пришила на футболку на животе большой карман и, борясь с отвращением, приучала крысу по команде забираться внутрь.

Время от времени ей казалось, что она спит и все это ей снится — колдуны, таблетки, тонкие сферы, дрессированные крысы… Может быть, этот Оккервиль — просто чудак, повернувшийся на мистических идеях и верящий в чудеса. А Лолита — самый обыкновенный серый пасюк, который убежит к своим хвостатым сородичам сразу же, как только ее выпустишь на свободу. Кто знает… Но что-то подсказывало Ксюше, что все это не просто так, и Оккервиль знал, что говорил.

Еще с вечера в субботу ветер в городе сменился на северный, который при абсолютно ясном небе все дул и дул пронизывающим холодом, будто напоминая о том, что совсем рядом, в какой-нибудь тысяче километров, лежит великий студеный океан, по которому день и ночь ходят ледяные седые валы и на берегах которого ни зимой, ни летом не тает вечная мерзлота.

В воскресенье утром Ксюша решила взять крысу с собой в город, по магазинам и прочим делам, и все время носить ее в кармане на животе, — пусть привыкает. По ее расчетам, к концу дня крыса должна уже была к ней окончательно привыкнуть, и ей можно было устроить первую пробу. Оккервиль не сказал, как и когда она может понадобиться, Ксюша хотел быть готовой как можно раньше.

Но события стали разворачиваться совсем не так, как планировала Ксюша.

Уже в полдень она встретила на рынке взволнованную соседку и та сообщила, что у немецкого химического концерна, о котором всю неделю вещал телевизор и писали газеты, как говорят, возникли какие-то проблемы. Будто бы на территорию завода нагрянула милиция, что-то проверят, собралась большая толпа и люди волнуются. Храбрая девочка Ксюша никогда ничего в жизни не боялась, — но и у нее при этом известии тошнотворно засосало под ложечкой. Она подхватилась и побежала на завод.