Наталья Штурм - Все оттенки боли

— Вам нравится? — заигрывал баритон, поглаживая пегую бороду.

— Да! Еще как! Но не все. — И я честно разложила ему, кто как пел.

— А вы тоже поете? — осведомился мужчина.

— Да. Я учусь на первом курсе в музыкальном училище.

Певец снисходительно заулыбался и пригласил нас на вечеринку после спектакля к себе домой.

— Пойдем? — уточнила Светка.

— Да. бояться нечего. Певец — не мужчина. У него на первом месте всегда голос. Баритоны еще ладно, режим не особо соблюдают, но тенора — это просто финиш! За несколько дней до спектакля ни секса, ни алкоголя, ни сигарет. Особенно секса боятся. После секса могут верхнее си-бемоль не взять, не говоря уже про до. Вот такая хреновая закономерность.

— Ужас! — округлила глаза Светка. — Вот извращенцы! В балете, например, почти все плюют на режим — и напиваются, и курят, и блядуют.

— Но не солисты же? — удивилась я.

— Да иногда и солисты. Я с ними в Серебряный бор ездила несколько раз. ну. там. где дом отдыха Большого театра. — так еле ноги унесла, все пять дней не просыхали.

— Ты? Да уж, тебя напугать сложно, — засмеялась я. и мы. дождавшись конца спектакля, отправились неподалеку в гости к баритону.

Парень оказался симпатичный, с отличной фигурой, что не редкость для баритонов, и о-о-чень любвеобильный. Он сразу же недвусмысленно начал за мной ухаживать.

Двусмысленно — это когда ухаживает и не понятно, чем кончится. — может, просто бла-бла «за жизнь» и разойдемся, а может, будет и развитие в сторону плотских утех.

Этот ухаживал без вариантов — кроме секса его мало что интересовало. К тому же по образованию он был акробат-вольтижер и до консы окончил цирковое училище.

Поскольку тщедушные хлюпики нам со Светкой никогда не нравились, парень заслужил мое внимание и ее одобрение.

Компания в тот вечер у него собралась большая, поэтому мы с баритоном только пометили друг друга глазами и молча договорились о свидании на следующий день. Светка ничего против не имела, потому что парень был блондин, а ей (как и мне) нравились брюнеты. Но подруга умела найти для меня нужные доводы, чтобы рассеять сомнения в надобности этой интрижки. К тому же кавалер из консерватории — это было в тему.

За последующие две недели он показал мне чудеса акробатических трюков, да таких головокружительных в прямом смысле, что Светка слушала, открыв рот.

— Как это — вниз головой? — охала подружка, пытаясь представить картину подобного секса.

Общность интересов, любовь к музыке и опере сделали наши отношения весьма стабильными. Мы часто встречались у него дома, он пел, я пела, мы пели вместе, смотрели по видику кассеты со знаменитыми мировыми голосами, и нам было вполне комфортно друг с другом.

Единственное неудобство было в том. что его квартира была расположена рядом с зоопарком. И утром, начиная с шести часов, весь зоопарк пробуждался от криков животных. Баритон, понятно, уже привык, а мне приходилось несладко. Поэтому я предпочитала не оставаться у него на ночь, а возвращаться домой.

В один из дней, когда, по обыкновению, у него собралась большая компания, он представил мне нового гостя:

— Знакомься, это мой самый близкий друг Александр.

Ко мне приблизился невысокий мужчина плотного телосложения, галантно поцеловал ручку и чересчур долго задержался на ней губами.

«Тенор», — сразу определила я по фигуре. Смутилась и ушла в другую комнату, где за столом веселились гости. Через несколько минут я почувствовала на себе внимательный взгляд. Александр сидел в дальнем углу комнаты и через кисть в упор смотрел на меня, не улыбаясь. Мне стало не по себе, и я пошла искать баритона.

— Ты останешься сегодня? — спросил он. когда я обнаружила его на кухне.

— А гости?

— Ребята все из общаги, тут два дома от меня, полчаса, и разойдутся.

— А… Александр?

— Сашка? Он москвич. Его родители в Театре оперетты работают. А его самого в этом году в труппу Большого зачислили. Он — звезда! Самый молодой солист оперы. А почему ты про него спросила?

— Да так… Он странно смотрит на меня. Ты говорил ему. что мы встречаемся?

— Да, конечно, он знает… Информация на всякий случай: он полгода назад женился, и у него жена беременная.

— На какой случай? — не поняла я.

— На всякий, — ответил баритон.

Я листала журналы, откровенно скучая.

Все ребята были знакомы между собой, все учились в консерватории, и мне неудобно было лезть в их разговоры. А Светки в этот день со мной не оказалось. Я отправилась в прихожую, чтобы позвонить маме. Из темноты коридора, как привидение, возник силуэт Александра. Мужчина схватил меня за руку, потащил в туалет и закрыл на щеколду дверь.