Павел Тетерин - Новый альбом

Он немного постоял, наслаждаясь природой, затем, поскрипывая снегом под ногами, направился к входной двери — ведь при всей красоте вокруг он приехал сюда не за этим, и теперь ему особенно не терпелось увидеть их.

Обстучав с ботинок налипший снег, Стас поднялся на крыльцо и, затаив дыхание, постучал в тяжелую деревянную дверь. Несколько секунд ничего не происходило, затем в доме послышались мягкие шаги, щёлкнул замок, и дверь открылась.

На пороге стояла она. Стас почувствовал, как сердце чуть тихо дернулось в груди и продолжило биться дальше — но уже чуть чаще, чем секундой до этого.

Несколько мгновений они стояли и молча смотрели друг на друга.

Она была прекрасна. На ней был домашний, уютный свитер с высоким воротом, чуть скрывающий подбородок, мягкие штаны, выгодно подчёркивающие фигуру, и меховые тапочки. Волосы, красивые каштановые волосы, свободно падающие на плечи, завершали образ — от нее дышало теплом, домом, спокойствием, уютом…чем-то таким родным и близким, что Стас просто застыл на месте и стоял, смотрел на неё, не в силах вымолвить ни слова. Лишь чуть подался вперёд, чтобы лучше чувствовать её запах, по которому так сильно соскучился.

Она тоже смотрела на него… но в её глазах он читал сразу несколько эмоций. Она была рада его видеть, это точно…но что-то ещё было в этом взгляде, какая-то грусть… боль? Но почему? Стас, не в силах понять этого, просто молча стоял на пороге.

— Привет — просто сказала она.

— Привет, родная — еле слышно вымолвил он и с тревогой заметил, как грусть в её взгляде на секунду вспыхнула чуть ярче, будто его слова сделали ей больно.

Она улыбнулась, наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Проходи — сказал она, повернулась и пошла в дом.

Стас последовал за ней. Прихожая, затем светлая, просторная комната с кухней и диванным уголком, расставленные в углу мольберты с её незаконченными картинами — всё это он, конечно, видел уже, но почему же ему кажется, что он тут как будто впервые? Как будто кто-то другой приходил сюда, всё сфотографировал и отправил фотки на почту, а он просто просмотрел их и забыл, запихнув в папку где-то на задворках своего компьютера, а теперь образы всплывали в голове один за другим. Он медленно шёл по гостиной, осторожно рассматривая всё вокруг себя. Проходя мимо большого, мягкого кресла, Стас коснулся его рукой, и всё тело покрылось мурашками — настолько это незначительное ощущение в кончиках пальцев тронуло его, показавшись таким знакомым. Наверное, он выглядел довольно странно, потому что Оля, включив стоящий возле раковины чайник, повернулась и пристально посмотрела ему прямо в глаза. Стас, смутившись, выдержал этот взгляд, улыбнулся и развёл руками.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, продолжая изучающе смотреть на него.

— Нормально — ответил он. — Голова болит, но… но у тебя мне всегда становится лучше. Ты даже не представляешь, насколько. — Стас обвёл глазами гостиную и добавил: — Этот дом, он для меня как живой… он лечит меня, ты же знаешь.

Она улыбнулась — одним ртом, не глазами, повернулась и начала доставать из мойки посуду.

— Я рада — сказала Ольга, не поворачиваясь. — Я же переживаю, как ты там… — она на секунду запнулась — …поэтому хорошо, что ты всё-таки иногда звонишь и приезжаешь — она поставила на стол чашки и снова отвернулась. — Я волнуюсь за тебя, Стас.

Вдруг что-то мокрое ткнулось ему в ногу под столом. Он вздрогнул от неожиданности и опустил глаза — большой рыжий пёс смотрел на него чёрными блестящими глазами. Вопрос «Ты что, завела собаку?», оставшись невысказанным, застрял в горле — ну да, собака, это же Джерри, большой озорник и проказник, но почему за секунду до его появления он ничего не знал о нём? И чуть не спросил об этом, ведь так? Наверное, она сочла бы его за психа, слава богу, что он не успел этого сделать. Стас потёр виски пальцами — боль уходила, голоса тоже стали намного тише, но он по-прежнему не понимал, что с ним происходит. Стас поднял глаза и увидел, что она стоит перед ним и внимательно смотрит на него, сжимая в руке чашку, от которой шёл ароматный пар. Ольга молча протянула руку вперёд.

— Спасибо — сказал он и взял чай, затем шумно втянул носом запах.

— С травами? — Стас чувствовал, как нагревшаяся кружка приятно жжёт ладони.

Ольга кивнула, повернулась и начала наливать чай себе. Закончив греметь ложками, она села прямо напротив него, откинула со лба прядь волос и посмотрела прямо ему в глаза — и снова этот взгляд говорил о чём-то, чуть не кричал. Но Стас не мог понять, о чём, поэтому поспешил отвести глаза, и, чтобы преодолеть сковавшее его волнение, сделал обжигающий губы глоток.