Франц Фюман - Избранное

— Ты хотел говорить со мной, брат мой? Я тебя слушаю.

Вонючая шкура Бии и острие жезла.

— Прикажи Бии отойти! — потребовал Прометей.

— У нас с тобой нет секретов, — возразил Зевс. — Ты хотел говорить со мной. Так говори!

«Я не стану унижаться, — думал Прометей. — Не скажу Зевсу того, что он хотел бы от меня услышать. Это мои последние слова. Я не потрачу их ни на ложь, ни на мольбы о пощаде».

Беспомощные крики зебрят.

Серая мгла.

Смрад.

— Зевс, — начал свою речь Прометей. — Зевс, ты хуже Кроноса, ибо тебе известно, что быть тираном дурно. Ты убил надежду, Зевс. С твоим воцарением стало только хуже. Где наши мечты? Я ненавижу тебя, Зевс, я тебя ненавижу!

У Бии перехватило дыхание. Так никто еще не смел говорить с царем! Невольно подумалось ему, что Прометей — такой же титанов сын, как он сам, и он исполнился презрения к своему собственному брату.

— Ты все сказал? — осведомился Зевс.

— Я сказал, что хотел, — ответил Прометей. И тихо добавил. — Я в твоей власти. Ты поступишь со мною, как тебе заблагорассудится. Дай мне только еще раз увидеть небо!

— Но за что же? — спросил Зевс. Спросил медленно, почти равнодушно, тоном, из которого явствовало, что ответа он не ждал.

«Он играет с ним», — думал немой Кратос, но Зевс опять спросил, столь же медленно и безразлично:

— За что ж ты гневаешься на меня, брат мой?

— И ты еще спрашиваешь! — вскричал Прометей. — Ты нарушил клятву. Гефест избавил тебя от мучений, и ты обещал властвовать справедливо!

— Не понимаю, брат мой, о чем ты говоришь, — молвил Зевс. — Я решительно ничего не обещал.

Прометей не верил своим ушам, ему стало казаться, будто все это сон, однако Зевс продолжал:

— Правда, вы все время об этом говорили, но я никакой клятвы не давал. Постарайся вспомнить! Клятвы я не давал.

Когда Зевс сказал это, Прометей увидел перед собой Критский лес и сидящего на кварцевой глыбе Зевса, Гефеста с топором в руках и Геру в дупле оливы, слышались ему также разные голоса, кричащие и шепчущие, но голоса Зевса, произносящего клятву, среди них не было.

— Клятвы я не давал, — повторил Зевс. Он шевельнул мизинцем, давая Бии знак отойти, тогда Прометей увидел на фоне синевы ненавистное лицо, и лицо это заслонило от него все.

— Вот ты говорил о наших мечтах, — начал Зевс, — только, видишь ли, мечты-то у всех разные. — Он склонился над поверженным, глаза у него были большие и задумчивые. — Гера мечтает лишь о том, чтобы зарубить топором Афродиту; братец Посейдон мечтает похитить у меня власть и отнять жену; Арей мечтает о крови, титаны — о восстании, а чудовища там, внизу, мечтают о свободе. Ты мечтаешь о том, чтобы все было иначе, и мечтай себе на здоровье. Но я царь. Чьи же мечты я должен осуществить? Каждый считает свою самой лучшей, но то, что благо для одного, — погибель для другого. Неужели мы ради того лишь десять лет воевали против Кроноса, чтобы теперь растерзать друг друга? Я мечтаю о порядке, и я его создам. Ибо для этого я достаточно могуществен!

Он встал и простер над Прометеем громоносный жезл.

— Смотри, — рек он, — я владею всепобеждающей молнией. На ней будет зиждиться мое царство.

Прометей выслушал эту речь с изумлением. Так властелин никогда еще не говорил. Прометей готовился услышать брань, угрозы, похвальбу, болтовню и крики, которые, словно ветер, просвистели бы мимо его ушей.

Однако из этой речи он не пропустил ни слова и в сердце своем невольно с нею соглашался. Зевс и сам почувствовал, что, произнеся ее, стал другим. Он не имел намерения говорить то, что сказал, а собирался в самом деле кричать, браниться, хвастаться и угрожать. Но потом им завладела новая мысль и повлекла за собой слова. И вот Зевсу казалось, что благодаря этим словам он теперь знает больше, чем прежде, и что желания его отныне тоже станут совсем другими. Вместе с тем ему представлялось, что он сам всегда стремился обрести эти новые знания и желания и лишь неблагоприятные обстоятельства мешали ему это сделать. Ни о каком порядке он вовсе не мечтал, но, заявив об этом сейчас, решил, что так оно всегда и было, просто ему не случалось это высказать… Помнишь, в тот вечер… Тогда, в лесу, накануне битвы с Кроносом… Сверканье мечей на солнце и тишина… Он замечтался, но вдруг увидел на земле Кратоса и с отвращением пнул его ногой.

— Встань! — приказал он. Кратос вскочил. — Ты больше никогда не будешь подставлять свою спину для сиденья! — проговорил Зевс. — Чтобы у меня этого не было! Понял?