Антон Некрасов - Джихад-Такси 2008

— Хвала небесам, ничего, — Гогричиани распахнул пальто и вынул из бокового кармана пиджака увесистый желтый конверт. — Хотя, может быть, это и плохо, да? Плохо, что ничего не меняется, Даур, — он помолчал немного. — Ладно. Вот то, о чем ты просил. Быстрее сделать никак не получилось. Я не силен во всей этой технике, ты же знаешь, да? Но я просил кое-кого, и… В общем, они сделали.

— Что это?

Задавая этот вопрос, Даур уже подсознательно догадывался о содержимом конверта. Забрав его у Гурама, молодой человек быстро надорвал край, и содержимое конверта веером рассыпалось по столу. Это были снимки. Снимки одного и того же лица. Даур взял в руки только одну фотографию, и Гурам заметил, как на лице его соотечественника нервно заходили желваки. Бесспорно, Даур сразу же узнал человека на фотографии. На него, криво ухмыляясь, смотрел тот самый тип, который был вместе с Дианой Гогричиани в гараже в ту злополучную ночь. У него Даур выбил из рук оружие, схватившись в рукопашной схватке, и именно он чуть позже ударил абхаза домкратом в грудь, а ныне покойного Амирана в голову. Для последнего этот удар и стал фатальным. Даур живо вспомнил, как все это происходило…

— Его лицо действительно было в записи с нашей камеры внешнего наблюдения, — пояснил тем временем Гогричиани. — В тот самый день, когда ты приехал, Даур. Мы ужинали у меня дома, да? А этот шакал приходил сюда и разговаривал с Астамуром. Мы поймали его лицо на стоп-кадре, оцифровали… и вот.

Даур поднял глаза, едва ли не через силу заставив себя оторваться от снимка.

— Я раздам эти фотографии всем нашим, — глухо произнес он и бросил снимок в общую кучу на столе. — Если кто-нибудь из них заметит его в городе, сразу даст мне знать. Но… Ты уверен, Гурам, что этот шакал и твоя дочь все еще где-то в Москве?

— Я думаю, да, — Гогричиани кивнул. — Они должны были улететь. Но что-то спугнуло их. Планы Джемала и Дианы изменились. Они не улетели, — хозяин таксопарка стоял возле стола управляющего, сунув руки в карманы пальто, и мрачно смотрел на рассыпанные фотографии. — Я поднял кое-какие связи, и, если бы это произошло, мне бы сообщили. Они все еще в Москве или, на худой конец, в Подмосковье.

— Тогда мы найдем их, — уверенно бросил Даур.

— Надеюсь…

Молодой человек скомкал конверт и сунул его в ящик стола. Несколько минут оба абхаза молча стояли, размышляя каждый о своем, но в целом ход их мысли сводился к одному и тому же.

— Если что, держи меня в курсе, дорогой, — молвил наконец Гогричиани и в распахнутом пальто двинулся в сторону выхода.

Когда он ушел, Даур еще некоторое время стоял у стола, упершись кулаками в поверхность. Он не заметил, как в бокс вернулись водители, не успевшие сдать ему выручку. Они кучкой остановились неподалеку и ждали, когда Даур их заметит. Наконец управляющий вскинул голову.

— Это убийца Амирана, — указательный палец Даура ткнулся в лежащую поверх всех остальных фотографию. — Я хочу, чтобы каждый из вас взял себе по снимку и держал в машине на приборной панели. Шакал еще в Москве. Так сказал мне Гурам, да? Если кто-нибудь из вас увидит его, сразу же звоните мне. Понятно, да?

«Бомбилы» согласно закивали головами. Даур взял один снимок и протянул его стоящему ближе всех Хвиче. Абхаз спрятал фотографию под куртку, а вместо этого протянул управляющему деньги.

— У меня не хватает триста рублей до плана, Даур, — признался водитель. — Но я собираюсь выезжать сейчас в город. Если позволишь, я бы добил их завтра с утра…

Как это ни странно, Даур отреагировал на его слова весьма рассеянно. Раскрыв тетрадь на заложенной странице, он озадаченным взглядом уставился на деньги, которые ему отдал перед приходом Гогричиани Элгуджа. Опустившись на стул, молодой человек обхватил голову руками. Сосредоточиться на работе сегодня он уже явно не мог.

— Хорошо, Хвича, — медленно произнес Даур. — Отдашь все деньги завтра, да? И вы тоже, — бросил он, обращаясь к остальным водителям.

«Бомбилы» удивленно переглянулись между собой, но говорить ничего не стали. Один за другим они покинули бокс, оставив Даура наедине с собственными мыслями. При этом каждый из них, как и советовал управляющий, взял себе по снимку с ухмыляющейся физиономией Джемала.

— Двести.

— А если вдвоем?

— Тогда четыреста. Вы что, парни, считать не умеете?

Ярко размалеванная блондинка звонко рассмеялась и повернулась к стоящей рядом подруге, но та к ее юмору осталась абсолютно равнодушной. Стянув с рук перчатки, вторая девушка, облаченная в красного цвета полушубок с пушистым капюшоном, пыталась согреть пальцы, потирая их друг о друга и время от времени поднося к губам, чтобы подышать на них. Вечер сегодня выдался особенно морозным, несмотря на то что январь катился к концу и синоптики на все лады пели про грядущее потепление.