Борис Алмазов - Охваченные членством

— Что это за придурок? — приветствовал избранника вернувшийся из школы мой старший сын Богдан. — Ты, дебил, угомонись! Счас как по башке тресну! Откуда этого эмбриона выкопали?

Но маэстро в экстазе ничего не воспринимал. Даже за обедом он косился на шашку и норовил поскорее запихать в рот котлеты и пирожное, чтобы опять заскакать, размахивая разящим клинком.

Букашка время от времени старалась ненавязчиво, но упорно попадаться ему на глаза, но была совершенно невостребована. Избранник оказался не Ромео, а скорее уж Ричардом Львиное Сердце. Во всяком случае на данный период.

— Убил бы гада! — отметил как старший товарищ его успехи в фехтовании Богдан. — Ну до чего же малявки все противные. Неужели и я такой в детстве был?

— Он по сравнению с тобой — ангел! — не скрыл я правды от сына. — Ты в его лета лягушек в карманах приносил и «подвзрывалки» делал так, что чуть школа не сгорела.

— С ума сойти! Этого так и хочется по стене размазать, чтоб кишки брызнули.

— Спокойно! Это наш гость! Это наш друг!

Избранника увели, и он, с сожалением и вздохами, оставил шашку.

— Я еще приду! — пообещал он на прощанье.

— Только не надо угрожать! — Богдан с облегчением закрыл за ним дверь на засов.

В полном молчании мы закончили торжественный обед. Букашка безропотно переоделась и молча принялась мыть посуду.

— А мне Дима понравился, — сказал я как бы между прочим.

Простодушный Богдан поперхнулся.

А Букашка, вытирая тарелку, вздохнула:

— Да. Он — хороший. — Но, помолчав, добавила: — Только какой-то дурак!

Так удалось преодолеть первую любовь.

С ужасом жду следующих.

— Букашка, вам стихи задавали?

— Угу. Папа, а тебе кто больше нравится: Уитни Хьюстон или Тина Тернер?

— Мне — Людмила Зыкина! Стихи выучила?

— Угу. А мне, например, обе нравятся...

— Читай.

— «Как к Ныне сбирает свои вещи Олег...»

— Стоп, стоп, стоп... Ну-ка, еще раз!

— «Как к Ныне сбирает свои вещи Олег...»

— Объясни-ка мне, пожалуйста, что это за «вещи» , которые сбирает Олег, и вообще, что это за Олег такой.

— Олег — это князь такой, ну кабутто принц.

— А что это за «ныне»?

— Не что, а кто! Ну, это имя такое, что ты, как дурачок? Нына! Ну, Нина! У нас на даче, помнишь, тоже такая девочка есть — Нина! Он, наверное, в Нину влюбился и вот собирает свои вещи и уходит к ней жить!

— А дальше?

— А дальше он будет мстить не разумно хазарам...

— Не разумно?

— Конечно. Ты же сам говорил, что мстить вредно. Христос сказал: «Мне отмщение и я задам!» Да еще как! «Я вам задам! Ого!» Так что мстить не разумно... Понял?

— Я понял, что ты книжку не открывала.

— Потому что я и так на уроке хорошо слушаю. И все, что учительница говорит, сразу запоминаю! Мне и учить ничего не надо! Только чуть-чуть повторю и все!

Бедный мой ребенок! И так хочется отомстить не разумно, а как следует хазарам! Чтобы не пришлось Олегу собирать свои вещи. И делать это нужно немедленно и ежедневно... Иначе скоро мы все отправимся к Ныне.

Но несколько дней спустя, едучи в трамвае, слышу разговор двух старушек:

— Ну, слава богу, помолилися, счас домой приедем. чайку попьем. Оно и в Писании сказано: «Чаю в вокресение!» Это уж обязательно: чаю в воскресение!

— Мамочки! — не выдерживаю я. — В Писании сказано: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века!..»

— Ну, а мы что говорим? Чай, он всем на пользу!

— «Чаю» означает «верую и жду, что воскреснут, во Христе, живые и мертвые!» Про заварку и про чаек в воскресенье в «Символе веры» ничего не говорится.

— Мил человек, ты не серчай... Ну, вот ты образованный, а мы люди темные, ты уж нас прости!

— Да это вы меня простите за горячность!

— Да не почто прощать-то, голубчик, Бог простит И помилует, и спасет...

Вот уж тут мне возразить нечего. А все же грамотность — большая сила. Может быть, «лапша на ушах * в какой-то степени неумение или нежелание читать?

Мой пятилетний крестник Федор стал косить! Испуганные родители приметили, что как только Федор оставался один, то бросал все игрушки, глаза его устремлялись в одну точку, а потом ехали к носу!

Вскоре приступы участились. Федор стал застывать над тарелкой с манной кашей, которую всегда ел с трудом и причитаниями, глаза у него стекленели и постепенно собирались в кучку.

Офтальмологи ничего патологического в Фединых глазах не нашли и рекомендовали родителям сходить к невропатологу. Началась эпопея хождений по врачам, увенчавшаяся тем, что по знакомству, за большие деньги, Федору сделали томограмму головного мозга.