Геннадий Южаков - Сингапур

Под конец разговора Ли дал Тоболину совет:

— Мне, кажется, капитан, выбраться оттуда, где вы сейчас находитесь, надо попытаться собственными усилиями. Даже через ваше консульство, если вы в него обратитесь, произойдет с достаточно обширной оглаской. Как я понимаю, в вашей ситуациии это совсем ни к чему. Судовладелец, за время вашей работы перевел три тысячи долларов. Две вам отправляю.

Через коротку паузу Ли добавил:

— Без сомнения вам потребуется опытный в морских делах адвокат. Подумайте по этому поводу…

Затем он наскоро попращался, и в трубке послышались короткие гудки. Люсики сообщила ему о причине гибели судна. Радовало другое — в его приключенческой жизни появилось окно. Через него безусловно видна свобода, а с ней возникали другие проблемы, над которыми предстояло хорошо подумать…

Шагая по длинному коридору, похожему на тоннель, Тоболин умышленно не спешил. Фраза Ли «надо попытаться выбраться собственными усилиями» глубоко залезла в мозг. Трагедия с «Голубой линией» безусловно принимала очертания детективной истории. И уже поднимаясь на второй этаж, Тоболин имел собственные соображения. Упущенное время могло обойтись ему боком. Он впервые это серьезно понял. И решение необходимо было принимать именно сейчас, потому что неизвестно когда будет иметь место новая встреча с полковником.

У двери в кабинет Тоболин, остановившись, взглянул на учителя. А тот на него. Смысл задержки был понятен только ему. Учитель должен войти первым. А за это время Тоболину предстоит оценить настроение полковника. Если он проявит к нему хотя бы столько же внимания, как до этого, то единственной помехой окажется учитель. На этот счет в голове у Тоболина не было никакого плана.

Учитель суетливо вошел первым, и дальнейшие события повернулись для Тоболина самым непредсказуемым образом. Полковник встретил учителя двумя фразами, сказанными по-филиппински, а их содержание Тоболин не уловил. Он стоял возле двери и взгляд на полковника ничего ценного не дал. Очевидно, на все происходящее вокруг него, полковник смотрел через призму полицейского, без эмоций. Важно другое: учитель, торопливо попрощавшись и с тем и другим, вышел из кабинета. Полковник взглянул на Тоболина ленивым взглядом, бесстрастно, а его казенный голос ни о чем не говорил:

— Садитесь, капитан.

Приглашение, догадался Тоболин, имело определенный смысл. Однако, можно было предвидеть содержание разговора. Полковник скажет, что нужно ждать ответа из Манилы. Решительности Тоболину придало собственное волнение.

— Господин директор, имеется ли возможность уехать мне в Сингапур?

И потому, как изменилось лицо полковника, он понял, нужно бить до конца.

— Оплату за оформление документов я гарантирую. Лучше наличными (Тоболин умышленно пропустил слова «для вас»). Ваше личное участие в моей судьбе оплачу отдельно. Вы знаете лучше меня, в моей отправке ничего криминального содержаться не будет. А наоборот, согласно международной конвенции по спасению человеческой жизни на море, я, как пострадавший, должен быть отправлен без всяких проволочек. Этого требуют не только интересы судовладельца, но и интересы страховой компании. Убытки от несвоевременной подачи судовых доукуметов будут исчисляться в миллионах долларов.

Кажется, попал в солнечное сплетение полковника. Внезапная перемена в его лице Тоболина даже напугала. Казалось, полковник сейчас издаст зверинный рык и Тоболина как ветром сдует со стула. Жалеть о сказанном было уже поздно. К счастью, рыка не последовало. Полковник тупо уставился глазами с столешницу и стал монотонно по ней стучать косточкой пальца. Тоболин рукой смахнул испарину со лба, с нетерпением погядывая на полковника. Понять его мысли было несложно. Упомянутые капитаном миллионы — как следствие его нерасторопности и даже незнание международных соглашений. А ведь, капитализм-система очень крутая. Виновника найдут мигом…В тоже время Тоболин, знакомый не по наслышке с правилами департации иностранных граждан, склонен был войти в непростое положение полковника. Этим должны заниматься эмиграционные власти, а не полицейский департамент. Подобных органов, возможно, на острове нет. А впрочем, кто их знает… — подумал Тоболин. Полковник выдавил из себя одну лишь фразу:

— Капитан, давайте подождем до утра…

Не слишком многолюдная толпа желающих сесть на паром, собравшись вначале парадного трапа, с нетерпением ожидала, когда помощник капитана, стоящий тут же, снимет запрет на свободное передвижение. От пассажиров он мало чем отличался, разве, что белой форменной рубашкой с синей повязкой вахтенного на левой руке. И судя по выражению его глаз, внимательно рассматривая толпу, очевидно, прикидывал на глаз количество потенциальных пассажиров.