Геннадий Южаков - Сингапур

Одновременно со стуком в дверь, в комнату вбежал учитель. Внезапное вторжение «вездехода» застало Тоболина врасплох. Судя по выражению его лица можно было догадаться-дело сдвинулось с мёртвой точки. Без повода учитель вряд ли бы появился.

Он принес надежду, и она затмила все, что было до этого. Тоболин бросил быстрый взгляд на корзинку. Она вдруг стала ненужной, и сиротливо оставаясь стоять на полу, безмолвно, как бы глазами Тины смотрела на него. К Тоболину пришел стыд… за свою временную слабость. И он понял: нет, никакая радость не перечеркнет доброй памяти, в конце концов, его долг никогда не забывать людей, которым он обязан своей жизнью.

Тоболин коротко объяснил учителю:

— Из деревни Жусы меня навестил человек, который спас мне жизнь. Рыбак. Привез и подарки.

Тоболин кивнул на корзинку.

Тот или не замечая, или делая вид, что не замечает корзинки, быстро затараторил:

— Господин капитан, вас желает видеть директор полицейского департамента. Я думаю, это связано с вашим возвращением на родину…

«В сущности он очевидно неплохой человек, — подумал Тоболин об учителе. — И напрасно я ему не доверял» А тот уже суетился и поторапливал:

— Господин капитан, надо поспешить. У полковника все рассписано по минутам…(впервые он назвал его в соответствии со званием.)

Днем полицейский департамент представлял собой довольно оживленное место. По длинным одноцветным коридорам сновали полицейские и гражданские лица. Среди них встречались и молодые, упитанные женщины в полицейской форме. И не одна из них не прошла мимо Тоболина, чтобы не бросить на него любопытный взгляд.

Полковник принял сразу. На этот раз пригласил сесть на тот единственный стул, который как будто бы давно ждал этого момента. Чему Тоболин крайне был удивлен. Однако полковник не торопился. Стараясь не смотреть на Тоболина, искал какую-то нужную бумагу. Медлительность полковника его раздражала. Наконец, полковник бросил на него короткий взгляд. Тоболин успел понять главное: в нем не было того безразличия, с каким его встретил полковник в первый раз.

— Уведомление отправлено в Манилу, — заговорил полковник. — вы же знаете, как это далеко…

Чувство негодования закипело у Тоболина и готово было прорваться в любую секунду. Вовремя влез учитель:

— Господин директор дозвонился до вашего агента. Агент обещал вам выслать две тысячи долларов…

«Так вот, что их больше всего волнует! — Зло подумал Тоболин, — смогу ли я рассплатиться за их „услуги“ Заранее прощупали, кто сможет оплатить расходы».

Возникла другая мысль, которая Тоболину не показалась безнадежной:

— Господин директор, есть ли возможность мне самому переговрить с агентом?

— Конечно, капитан.

Услышав ответ, Тоболин не поверил своим ушам. И снова задал вопрос:

— Прямо сейчас?

— Господин учитель вас проведет…

Пришлось спуститься на первый этаж, где, как оказалось, размещался оперативный отдел. За аппаратами сидели один молодой мужчина и две девушки в полицейской форме. Тоболин был уверен в том, что международный телефон имеется в кабинете директора и потому не мог понять, по какой причине был им направлен сюда. «Впрочем, это уже неважно, а может, даже лучше», — подумал Тоболин. Молодой полицейский попросил учителя подождать в коридоре.

Одна из девушек очень быстро набрала указанный Тоболиным номер и буквально через считанные секунды подала ему трубку.

— Говорите…

С прикосновением трубки к уху огромное чувство радости охватило его всего.

— Добрый день, Ли. По правде говоря, не знаю с чего начать… Растерялся… Надеюсь, узнали?

Из прессы стало известно: теплоход «Голубая линия Гонконга» вместе с экипажем ушел на дно. А два дня назад телефонный звонок с Филиппин не столько Лио удивил, сколько поразил своей загадочностью. Женщина, которая звонила, была предельно скупа на слова. Сам по себе случай-редкий. Капитан спасен, а никто об этом ничего не знает.

— Здравствуйте, капитан. Рад слышать ваш голос. Для начала примите мое поздравление с благополучным возвращением. Во-вторых, хотел бы вас предостеречь о подробностях по телефону. Кстати, несколько дней назад мне звонила какая-то женщина…

Ли продолжал говорить, а Тоболин подспудно уже думал: «Звонить могла только Люсики. Однако откуда она могла это сделать? Если принять рассказа Сотабы и Тины за правду, в чем он не сомневался, то Люсики, повидимому, не имела возможности это сделать…»