Дуглас Кеннеди - Покидая мир

Ниже значилось имя — миссис Джеральдина Вудс, заведующая библиотекой.

Я вошла в библиотеку и спросила, есть ли у них компьютерный зал.

— Спуститесь на нижний этаж, поверните налево. Но за доступ в Интернет мы берем два доллара в час.

Я не собиралась выходить в Сеть. Просто хотела воспользоваться текстовым редактором и принтером. За час я составила свое резюме и написала заявление на имя миссис Вудс. Закончив, я уже готова была распечатать его, и тут мне пришла в голову простая мысль: как же она со мной свяжется, если у меня нет телефона? Хотя мне по-прежнему категорически не хотелось обзаводиться этим средством коммуникации (впрочем, бесспорно удобным), было очевидно, что заявление, в котором не указан номер телефона, вызовет вопросы и, возможно, навлечет на меня подозрения в том, что я веду странную жизнь, как Унибомбер 96 96 Унибомбер — кличка маньяка Теда Качински, преподавателя математики, много лет рассылавшего бомбы в письмах, которые убили трех и ранили двадцать девять человек. . Лучше уж покориться неизбежному и приобрести мобильник.

Итак, я распечатала на принтере резюме и заявление, оставив пропуск для номера телефона. Потом вышла на улицу, на велосипеде доехала до китайского квартала, где сразу увидела восемь разных лавок, торгующих мобильными телефонами. Из них я выбрала одну, где всем заправлял нервозный тип лет тридцати, который дымил как паровоз и постоянно переругивался с кем-то по телефону, настолько миниатюрному, что парень держал его большим и указательным пальцами. Меня он ухитрялся игнорировать минут пять — непростой трюк для лавчонки площадью восемь на восемь футов 97 97 Чуть больше 6 кв. метров. . Как только я устала ждать и повернулась, чтобы выйти из магазина, он немедленно закончил свой разговор.

— Стойте, стойте, — закричал он. — Я вам подберу классный телефон по классной цене.

Через полчаса, облегчив кошелек на семьдесят пять долларов, я покинула магазин с телефоном и с двадцатью баксами на счету. Важнее было то, что я стала обладательницей своего номера, который и вписала от руки в заявление. Я вернулась в библиотеку и передала свои бумаги дежурной на входе, подумав про себя: Наверное, прочтут мое резюме и решат, что я свихнулась…

На другой же день в половине десятого раздался телефонный звонок. По голосу миссис Вудс — это была она — показалась мне симпатичной и энергичной.

— Не могли бы вы сегодня же заглянуть в библиотеку на собеседование?

Я явилась, как мы и договорились, к трем часам. Оделась я скромно: черная вельветовая юбка, черные колготки, практичные туфли, джемпер с треугольным вырезом, под ним белая футболка. На миссис Вудс были бежевый брючный костюм и блузка с цветочным рисунком. Это была крупная женщина, которая, как практически все библиотекари, каких я только видела в жизни, явно испытывала определенные сложности в общении с окружающими. Тем не менее она занимала высокую должность, следовательно, проблем с коммуникабельностью у нее было меньше, чем у ее коллег. (Это я знала еще по годам, проведенным в университетской среде: на должность главного библиотекаря, как правило, назначают не просто людей с большим опытом работы. Огромную роль при выборе кандидата играет умение выдерживать взгляд собеседника.)

— Буду откровенной, мисс Говард, прочитав ваше резюме, я подумала: уж не имеем ли мы дело с нелегалом? Потому что, честно говоря, мне никогда не доводилось видеть, чтобы люди с вашим послужным списком претендовали на подобную должность. Потом я провела небольшое расследование… и обнаружила, что вы действительно защитили диссертацию в Гарварде и являетесь автором книги по американскому натурализму. И вы в самом деле были профессором в университете Новой Англии. Отсюда мой вопрос к вам, он очевиден: почему вы хотите устроиться на такую низкооплачиваемую должность здесь у нас, в Калгари?

— Насколько подробно вы расследовали мое прошлое, миссис Вудс?

— Я посмотрела ссылки в Гугле, разумеется.

— Тогда, вероятно, вам известно о моей дочери.

Она встретилась со мной взглядом:

— Да, я читала о ней.

— В этом и заключается ответ на ваш вопрос, почему я здесь.

— Не хочу скрывать — я читала в Интернете также и о покушении, совершенном вами вскоре после… трагедии.

— Вам известны подробности этого нападения?

— Разумеется, и в какой-то степени они вызвали у меня сочувствие. С другой стороны…

— Вы подозреваете, что я могу быть опасна для общества?