И кошмары, все как один, были ужасные. То Джейни стояла, покачиваясь, на карнизе, позади нее дождливо-серый нью-йоркский горизонт, водонапорные башни, грязный кирпич стен. То какой-то сумасшедший монах с окровавленным яблоком в руке. То что-то страшное, виднеющееся среди деревьев. И в каждом кошмаре фигурировала головная боль.
Она встала и тенью бродила по квартире; все валилось из рук. Кофе убежал и пригорел на плите. Блюдце разбилось. Еще остались две таблетки дилаудида, но она проглотила таблетку перкодана.
Ожидая, пока он подействует, Мардж выпила кофе, отдающий пригорелым. Когда почувствовала, что приходит в норму, почитала Джейни детские стишки. На глянцевом развороте книги была изображена старушка, которая жила-была в дырявом башмаке; многочисленные дети старушки качались на шнурках, высовывались из дырочек для шнурков, кишели на полях страницы в своих альпийских платьицах и кожаных портах на помочах. Их было, наверно, с полсотни. Пятьдесят детей. Джейни захотела узнать, как зовут каждого из них.
— Эту зовут Линда. Эту — Джейни, как тебя. Это Фриц. Сэм. Элизабет.
Мардж чуть не плакала.
— Я не знаю, как зовут всех, милая. Ну откуда мне знать, как их всех зовут?
— У-у, — захныкала Джейни.
Когда внизу зазвенел звонок, Мардж резко вскочила и книга полетела на пол.
— О господи! — проговорила она.
Джейни, задрав голову, смотрела на нее. Секунду Мардж неподвижно стояла, не сводя глаз с двери, потом подошла и нажала кнопку, открывающую парадное.
— Джейни, пойди покатайся немножко на лошадке.
Лошадка Джейни стояла на огороженном участке заднего двора, красная пластмассовая лошадка на пружинах. Иногда Джейни, в экстазе и с отсутствующим выражением в глазах, по часу и больше качалась на ней в однообразном ритме, что беспокоило Мардж. Но сейчас дочь недовольно надула губы: ей не хотелось кататься на лошадке.
— Иди! — прикрикнула Мардж. — Иди на улицу.
Джейни захныкала.
— Давай-давай! — кричала Мардж, прогоняя ее.
Джейни выбежала на площадку лестницы, которая вела из ее спальни во двор, и встала столбом; в глазах слезы, на лице упрямое выражение. В дверь постучали.
— Кто там? — спросила Мардж, застыв посредине комнаты и глядя на дверь.
— Рэй, — ответил мужчина за дверью.
Мардж заставила себя открыть ему; окинув ее взглядом, он быстро прошел мимо нее в комнату. Загорелый. Коротко стриженный. С холодными глазами. Джейни потихоньку пробралась обратно в гостиную, но, увидев незнакомого мужчину, метнулась через свою спальню во двор.
Рэй положил защитного цвета вещмешок на стол в гостиной, подошел к окну и внимательно осмотрел улицу перед домом.
— Я еще не готова, — сказала Мардж.
Он неприветливо посмотрел на нее:
— Что ты хочешь этим сказать?
— То, что денег еще нет, — ответила она. Даже ей самой был противен ее хриплый голос.
— Почему, чучело ты несчастное? — мягко поинтересовался Рэй.
Ее трясло. Тем утром она напялила грязный темно-красный свитер и джинсы, которые вытащила из корзины с вещами, приготовленными для стирки. Она чувствовала себя ничтожной замарашкой.
— Я имею в виду, что у меня их нет на руках, — поправилась она.
Он сел в плетеное кресло и потер глаза.
— Кофе хотя бы у тебя есть?
Мардж помчалась на кухню. Вылила подгоревший кофе в раковину и поставила свежий. Рэй мерил шагами гостиную.
— Я ведь заранее тебе позвонил, правильно? Почему же их у тебя нет?
— Не успела зайти в банк. Ходила в аквариум.
Когда она оторвалась от плиты, он стоял на пороге кухни, едва заметно улыбаясь.
— По телефону ты ничего не сказала про аквариум. Ты сказала, что все будет готово.
— Да, сказала. Даже не знаю почему. Наверно, не хотелось говорить об этом по телефону. Я собиралась пойти в банк сегодня. — (Рэй, передразнивая ее, сосредоточенно наморщил лоб.) — Я почему-то решила, что ты придешь вечером.
— Надеюсь, рыбки были улетные, — сказал Рэй. — Не получишь товар, пока не будет денег.
— Как скажешь.
Он окинул ее взглядом, и она, стыдясь своего вида, прижалась к занавеске на кухонной двери.
— Когда твои люди придут за товаром?
— Думаю, что завтра.
Он отвернулся от нее и прошел к окну.
— Что это значит — «думаю, что завтра»? Что за лажа?
— Нет, — быстро сказала она, — точно, завтра. Двадцатого.
— Если б я сейчас избил тебя и забрал твой героин, то был бы прав. Так херово дела не делаются.
— Извини, — сказала Мардж.
— Это наводит на подозрения. Заставляет злиться.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу