Ричард Йейтс - Дыхание судьбы

И Алиса в приятном недоумении последовала за ней. Они обошли сзади великолепный дом, на который Мод показала ей раньше, — дом, построенный для Говарда Вандер Мера, второго из сыновей, пустовавший с тех пор, как Говард развелся несколько лет назад, — и Мод смело подошла к одной из задних дверей и открыла ее.

— Сейчас ты увидишь, что это такое, — сказала она.

— Ты собираешься войти внутрь? Ты, правда, думаешь, нам…

— Не в сам дом, там все заперто. Только в цокольный этаж. Идем.

Даже тут дом выглядел внушительно: чистые бетонные коридоры, вдоль стен которых высились груды вещей, оставшихся от распавшейся семьи (дорогие кофры, лыжи, картонные коробки с названиями модных фирм: «Бергдорф Гудман», «Брукс бразерс», «Аберкромби энд Фитч»), — но Алиса успела лишь мельком взглянуть на все это, как Мод потянула ее к низкой, футов пять, двери.

— Придется наклонить голову, — сказала она, — зато внутри увидишь нечто.

Войдя в крохотную дверь, они оказались в абсолютно пустом белом помещении, залитом дневным светом. Стены были отделаны белым лакированным деревом и все сплошь усеяны серо-черными пятнышками, словно их исчиркали лакрицей; окон в помещении не было, весь свет шел с высокого потолка, сделанного из стекла, армированного проволокой.

— Что это? — шепотом спросила Алиса.

— Корт для игры в сквош. Понимаешь, Говард бредил сквошем, поэтому папочка построил для него эту гигантскую площадку прямо в доме. Вот такие они имели деньги. Но, Алиса, догадываешься, к чему я тебе это показываю? Посмотри, какой свет; посмотри на стены. Не понимаешь, что из этого можно было бы сделать? — Ее глаза сияли. — Скульптурную мастерскую. Твою мастерскую. Ты могла бы вести здесь свои частные классы — господи, тут бы разместилось в три раза больше студентов, чем у тебя сейчас, и все равно хватило бы места для твоей собственной работы. Этому же цены нет, скажи?

Да, залу действительно не было цены. Алиса мгновенно представила, как работает здесь — преподает людям, таким же способным, как Мод, создает собственные скульптуры, о которых и не мечтала прежде.

— Да, но как я… то есть разве такое…

— Подожди. — Мод, приложив палец к губам Алисы, заставила ее замолчать. — Ни слова больше. Я просто хотела, чтобы ты увидела это место, а теперь хочу, чтобы ты взглянула на другое, а потом пойдем домой и выпьем. Я же говорила тебе, что у меня полно планов? Вперед. Если будешь работать здесь, то и жить должна будешь тоже здесь, — продолжала она. — И я уже подобрала для тебя подходящий дом. Прекрасный дом для приглашенного художника.

Это оказался изящный побеленный домик, красиво стоящий в северном, дальнем углу имения в окружении деревьев и клумб с рододендронами, с мощеной дорожкой, ведущей к передней двери.

— Его называют сторожкой, — объяснила Мод. — И построили для одного из родственников миссис Вандер Мер, но в нем никто никогда не жил; собственно, он до сих пор недостроен, но я случайно узнала, что Уолтер-младший собирался в этом году привести его в порядок и сдавать в аренду. Так что почему бы ему не достаться тебе?

Дом был на замке, но они, обойдя вокруг и заглядывая в окна, рассмотрели, что внутри просторная гостиная с эффектным камином, кухня и столовая, две достаточно большие спальни с прилегающей ванной комнатой.

— Нет, ну ты видишь? Разве не абсолютно то, что нужно для тебя и Бобби?

К тому времени, как они вышли через одни из тяжелых железных ворот и направились обратно к дому Ларкиных, чтобы за стаканчиком чего-нибудь обсудить все это с Джимом, Алиса была полностью захвачена планом Мод. Он превратился и в ее план, твердый и неколебимый, как всякое решение, какие она всегда принимала. Она с Бобби будет жить в сторожке; Бобби станет ходить в Риверсайдскую школу; они будут вращаться среди интеллектуалов, подобных Ларкиным, а не среди посредственностей Скарсдейла, и ее ждет восхитительная новая жизнь в качестве «приглашенного художника». Частные уроки скульптуры обеспечат ей совершенно новый уровень заработков, а если это не поможет окончательно разрешить проблемы с финансами, она найдет другие источники: продаст, например, какие-то из своих старых парковых скульптур — возможно, тем же Вандер Мерам, — а когда утвердится в этом новом творческом окружении, ничто не помешает ей создать достаточно новых произведений, чтобы гарантировать себе раз в год прибыльную выставку в Нью-Йорке. В Риверсайде все казалось возможным.