Джин Рис - Путешествие во тьме

Он спросил:

— Как насчет того, чтобы вернуться в Лондон сегодня вечером?

Я сказала:

— Я думала, мы останемся еще на одну ночь, а завтра утром съездим в Оксфорд.

— Да, такая мысль была, — согласился Уолтер, — но они вконец разругались, и теперь Жермен ни за что не хочет здесь оставаться. Это место, видите ли, нагоняет на нее тоску. А еще она почему-то очень грубо высказалась насчет Оксфорда, — он рассмеялся, — думаю, нам лучше отвезти их сегодня вечером. Ты не возражаешь?

— Да нет, — сказала я.

— Ты уверена, что ты не против?

— Нет, — сказала я и начала складывать вещи в дорожную сумку.

— Ох, оставь это, — сказал Уолтер, — горничная все сделает. Лучше спустись и поговори с Жермен. Тебе ведь она нравится?

— Да, она мне очень нравится, только пусть она перестанет цепляться к Винсенту каждую минуту.

— Он ее очень раздражает, — сказал Уолтер.

— Да, это я заметила. Но почему? Что с ней такое?

Он засунул руки в карманы и стал, раскачиваться взад-вперед — с носка на пятку.

— Не знаю. Плохое настроение. Винсент на следующей неделе уезжает. Наверное, от этого у нее испортилось настроение. Понимаешь, она хочет, чтобы он оставил ей больше денег, а у него нет такой возможности.

— Так он уезжает? — спросила я, продолжая смотреть в зеркало.

Он сказал:

— Да, я на следующей неделе собираюсь в Нью-Йорк, и он едет со мной.

Я ничего не сказала. Я приблизила лицо почти вплотную к зеркалу. Как в детстве — прислоняешь лицо к зеркалу и строишь себе рожи.

— Я ненадолго, — сказал он, — вернусь через пару месяцев, не позже.

— Понятно, — сказала я.

Горничная, постучавшись, вошла в комнату.

Мы спустились вниз и снова выпили.

«Выпивка — это совсем неплохо», — подумала я. Винсент начал говорить о книгах.

Он сказал:

— Недавно я прочел хорошую книгу — чертовски хорошую книгу Когда я читал ее, то думал:

«Человека, который написал это, нужно обязательно посвятить в рыцари. Она называется «Четки».

— Глупый, эту книгу написала женщина, — сказал Уолтер.

— Да? — удивился Винсент. — Кто бы мог подумать? Ну что ж, даже если ее написала женщина, она заслуживает того, чтобы ее посвятили в рыцари, вот что я вам скажу. Это превосходная книга.

— Его надо поместить под стекло, — сказала Жермен, — отличный экземпляр.

Уолтер сказал:

— Я, пожалуй, пойду посмотреть, готова ли машина.

Жермен уставилась на меня.

— Она выглядит жутко молодой, эта девочка, — заявила она, — на вид ей шестнадцать.

— Да, — кивнул Винсент. — Боюсь, старина Уолтер, которого мы все так любим, занялся совращением малолетних.

— Сколько тебе лет? — спросила Жермен, и я сказала:

— Девятнадцать.

— Когда-нибудь из нее выйдет классная певица, — сказал Винсент, делая добродушное лицо. — Мы собираемся начать осенью, не так ли, Анна? Новое шоу в «Дейли» [32] …новое шоу в Дейли… — Дейли — Лондонский театр музыкальной оперетты. . Ты должна выдавать такие рулады, как эта… как ее… ну, в общем, как соловей, после всех твоих уроков пения.

— Она что, выступает на сцене? — спросила Жермен.

— Ну да, выступает или выступала. Ты участвовала в шоу до встречи с Уолтером? — спросил он.

— Да, — сказала я.

Они посмотрели на меня так, словно ждали, что я скажу еще что-нибудь.

— Мы познакомились в Саутси [33] Саутси — курортное место в окрестностях Портсмута на юго-востоке Англии. Одной из главных тамошних достопримечательностей является замок Саутси, построенный в 1544 г. по распоряжению короля Генриха VIII для укрепления южных морских рубежей. , — сказала я.

— Ах, это было в Саутси, вот как, — многозначительно произнес Винсент.

Они начали смеяться. Они все еще смеялись, когда вошел Уолтер.

— Она проговорилась, — сказал Винсент, — она рассказала нам, как у вас все началось. Ты неприличный тип, Уолтер. Бог мой! Что ты делал на причале в Саутси?

Уолтер растерянно поморгал, потом сказал:

— Не позволяй Винсенту приставать с расспросами. Он любопытен, как старая сорока. По его виду этого не скажешь, но факт есть факт.

Он тоже начал хохотать.

— Прекрати смеяться, — сказала я.

Я думала: «Да заткнись же ты», глядя на руку Уолтера, лежавшую на краю каминной доски.

А вслух произнесла:

— Прекратите, наконец, смеяться надо мной. Меня от вас тошнит. Что здесь смешного?

Они продолжали хохотать.

У меня в руке была зажженная сигарета, и я ткнула ею в руку Уолтера. Я вдавила ее в кожу и держала, пока он не отдернул руку и не крикнул: «Черт!»